Книга Искра. Ледяное Пламя, страница 101 – Ирина Савицкая

Но самого канцлера не было. Ни живого, ни мертвого. Он не растворился в дыму, не упал замертво от удара клинка. На отполированных плитах остался лишь темный шерстяной плащ, брошенный так небрежно, будто его владелец просто шагнул сквозь стену и забыл вещь за ненадобностью. Рядом валялся странный амулет на тяжелой серебряной цепи — тусклый кусок обсидиана в форме расколотого солнца. Алиса наклонилась, подняла его двумя пальцами, брезгливо, как ядовитое насекомое, и решительно спрятала глубоко во внутренний карман. Доказательство. Или оружие для будущего обмена.

— Он ушел, исчез — глухо сказал Михай, медленно обходя зал по периметру и заглядывая в темные боковые ниши. Его голос звучал надтреснуто, но привычная маска холодного спокойствия уже возвращалась на лицо.

— Или его забрали, — ответил Влад. Он тяжело опирался на плечо Алисы, перенося вес с раненой ноги, но пальцы, сжимавшие ее предплечье, были твердыми. — Первородная Тьма — это чистая энергия. Она не может существовать в вакууме без носителя. Если она ушла из меня, разорвав контракт кровью, ей срочно нужен был кто-то другой. Сосуд. Кто-то достаточно амбициозный, чтобы впустить ее добровольно.

— Канцлер? — уточнил Лютобор, проверяя лезвие своего меча обрывком ткани. Клинок был чист, но рука рыцаря подрагивала.

— Канцлер. Или тот, кто стоял ближе всех к нему в момент нашего триумфа, — Влад поморщился, прижимая ладонь к перебинтованной груди. — Мы не знаем истинного лица этой марионетки. Возможно, мы только что освободили пешку, пока ферзь наблюдал за нами из-за кулис.

Алиса смотрела на пустой каменный трон у дальней стены и чувствовала, как внутри ледяным комом растет тяжелая, липкая тревога. Холодное понимание того, что они ничего не решили. Враг не был повергнут в прах. Тьма не была уничтожена навсегда — такое вообще невозможно. Она просто затаилась, поменяла форму, нашла новую маску и теперь ждала их следующего неверного шага где-то там, наверху, в мире живых.

— Это не конец, — сказала она, глядя в черную пустоту капища. Голос прозвучал тихо, но эхом отразился от сводов.

— Нет, — согласился Влад. Впервые за долгие годы он позволил себе горькую усмешку, лишенную безумия. Но сейчас эта горечь была приправлена облегчением. — Но мы выиграли самое ценное, что есть на войне. Время. На то, чтобы подготовиться. На то, чтобы научить тебя контролировать силу, которая едва не сожгла тебя изнутри. На то, чтобы стать сильнее их ритуалов. И главное… на то, чтобы наконец понять, кто мы есть на самом деле, когда нас никто не дергает за ниточки.

Она посмотрела на него. Бледный до прозрачности, осунувшийся, дрожащий от слабости и потери крови. Но живой. Свободный. Впервые за долгое время в его серых глазах не плескалось чужое отражение — там отражался только низкий свод потолка и она сама.

— Пойдем домой, — мягко сказала Алиса, крепче перехватывая его талию. Ей нужно было почувствовать тепло живого человека рядом. — Нам всем нужно выспаться. А потом будем думать.

Они вышли из подземелья гуськом: сначала Михай, держа наготове короткий клинок, затем Влад и Алиса, ведущие за собой маленькую процессию спасенных детей. Малыши шли молча, крепко держась друг за друга и за грязные полы одежды взрослых. Их глаза больше не были белыми от ужаса — в них поселилась тупая, недетская усталость.