Книга Развод. Ты нас предал, страница 55 – Ольга Игонина

А тут дочь. Что я с ней буду делать? Ощущение, что мозг вытащили из головы и сейчас у меня пустая черепная коробка.

— Ну у вас же от меня куча секретов. Может, и ребенок не от меня? Ты у дочки поинтересуйся.

Как-то новость о дочке выбила меня из колеи.

— Дурак ты, Демид. Просто слов нет.

— Да, только где бы ты сейчас был? Память короткая?

Тесть мнется, тушуется. Но из разговора понимаю, что о документах, которые принес Орлов, он ничего не знает.

— Ладно, думаю, мы с Аринкой взрослые люди, сами разберемся, что дальше.

Тесть что-то орет в трубку, но мне лень его слушать. Отключаю звонок. Легче после этого всего не стало. Еще больше вопросов.

— Игорь Валерьевич, — звоню службе безопасности. — Мне тут на человечка нужно подсобрать информации. Все, просто до последней пылинки: чем дышит, с кем спит, с кем общается, откуда достает информацию. Его зовут Егор Орлов. Запрос вышлю на почту.

Он угукает в ответ.

— Ваш партнер, что ли? Так, у нас есть на него отдельная папочка. Занести?

Отлично, люблю, когда люди работают на опережение. Потираю руки, уверен, что там есть то, чем можно ткнуть его в рожу.

Устало откидываюсь на кресло. Почему люди вокруг такие тупые, почему им надо все испортить, не только в своей жизни, но и мою залезть.

Снова набираю Альке, идут гудки. Представляю, как она стоит на тещиной кухне, смотрит на телефон и плачет. Обнимает живот и рассказывает дочке, что звонит ее непутевый папка. Звонок сбрасывается. Перезваниваю.

— Демид, что тебе от меня надо?

Вот так, и жена отбилась от рук, никакого уважения к мужу, к отцу ребенка. — А здороваться не учили? Ладно, я не за этим звоню. К нам сегодня бригада строительная приедет, я решил свой кабинет под детскую переделать. Для сына тут присмотрел кроватку, эксклюзивные абажуры. Но тут меня настигла новость. У нас, оказывается, дочь будет? И когда ты мне собиралась сказать?

Стараюсь держать себя в руках, хотя желание только одно — проучить и поставить на место, да так, чтобы на всю жизнь запомнила, на чем строится уважение к настоящему мужчине.

— Мне все равно, я в дом не вернусь.

— Это твое право, я тебя не тороплю. Ты только эгоизм отключи, о ребенке подумай. Я бы на твоем месте гордыню в одно место засунул, а сделал так, чтобы малышка была счастлива. Представь, все гуляют с папами, а она чем хуже? Или у тебя новая кандидатура на мое место есть?

Снова начинаю заводиться. Не могу взять себя в руки, злость из ушей лезет.

Она специально меня бесит?

— У тебя будет возможность понянькаться, почувствовать себя настоящим отцом.

— Не понял.

— Алевтину в консультации видела, она на учет становилась. Поздравляю, желаю счастливого родительства.

Что? Какого родительства?

Егор

— Егор, мне надо с тобой поговорить. Я в тупике, — Денис Павлович ходит из стороны в сторону. — Я не допущу, чтобы моя дочь вернулась к этому прохвосту. Демид совсем берега попутал. Я предал дочь, понимаешь? Я же понимал, какому крокодилу ее отдаю, но нет, свою задницу прикрыл.

Иду к сейфу, у меня там припрятана бутылка можжевеловой настойки. Немного алкоголя для осмысления ситуации сейчас не помешают. Щелкаю замком, ворошу документы. Достаю бутылку, ага, к ней по вечерам Денис Павлович уже прикладывался. Напитка чуть больше, чем на донышке. Два стакана, оба воняют так, что можно понюхать и закусывать.