Книга Развод. Ты нас предал, страница 54 – Ольга Игонина

— Да как ты не поймешь, что люди — это те же животные. И самое большое наслаждение — собирать самочек вокруг себя. Ты в детстве в зоопарке был? Львиный прайд видел? Лев и телочки вокруг... Много...

Последнее слово выделяю интонацией, чтобы этот сукин сын понял, какое он чмо. Никому не нужное, способное только подсматривать в чужую жизнь.

— Со своими бабами разбирайся сам. Оставлю тебе бумаги, ознакомься, когда будет время между самками. Думаю, кое-что тебя здесь может заинтересовать.

Егор выходит из кабинета. Так себе мужик, по морде не дал, никакой опасности... Опираюсь на стену, беру красную папку. Листаю документы.

Договора, счета, оплаты.

Твою мать, а это тут откуда!?

Демид

На столе вырастают две стопки документов: то, что не имеет значения — большая и маленькая — то, что никто не должен знать. Никогда.

Тварь, это он меня так решил в угол загнать? Чувствую, как на лбу выступает испарина, в голове стучит — какая сука меня сдала? Договор купли-продажи на фирму, которую я отжал пару лет назад. У меня есть отработанная схема — нажать на человека, загнать в такую безнадегу, что варианта потом два — или все отписывается мне на выгодных условиях, буквально за две копейки или дарственная. Или веревка на шею, и разговор окончен.

И эти документы никак не могли всплыть, я даже в электронной версии не держу их, чтобы никакая проверка не могла найти концов. Кто меня сдал, откуда утечка. Как в башку этого тупорылого прихвостня могла прийти идея меня шантажировать.

Чувствую, как пульсирует в голове, если сейчас не слить это зло, то это может, закончится трагически.

Набираю тестю, посмотрим, что он на эту тему знает.

— Пап, привет! Не могу Альке дозвониться, как она там? — стараюсь говорить спокойно, контролируя каждый вздох.

— Демид, я в ваши отношения не лезу. Но понял, что она с тобой больше не хочет быть. Обосрался, ты по всем фронтам. И я теперь костьми лягу, чтобы ваш развод прошел быстрее.

Что? Какого хера?

— Понятно, даже понимаю, откуда ноги растут. Не Егор Орлов ли там потоптался?

— Он-то при чем? Я знаю, что я у тебя под колпаком, понимаю, что по многим вопросам от тебя завишу, но ничего. Предлагаю, сесть вместе с нашими юристами и поговорить, не как бывшие родственники, а как бизнес — партнеры.

Какие партнеры, что он мелет? И никаких договоренностей я не хочу, только пустить всех по миру с протянутой рукой.

— Понял, значит, вы все против меня. Понял. Ну тогда я буду судиться за ребенка, Алька с сыном будут жить со мной. Или она может искать себе другое прибежище, но сын, будет со мной.

Со всех сил бью кулаком по столу. Ноутбук подпрыгивает, чашка кофе чуть качнулась, но напиток остался на месте. Стискиваю зубы так, что становится больно.

— Дочь.

Какая-то оборванная фраза, не пойму, что он хочет сказать.

— Чья дочь? — рычу в ответ. Твою мать, что за хрень, почему нельзя говорить нормально, а не шифровками.

— Демид, ты так сильно интересуешься женой и будущим ребенком, что не знаешь, кто у тебя родится. Не сын, дочка.

Дочь? Как так? А куда делся сын?

Присаживаясь на подлокотник кресла, тесть что-то там подтявкивает. А в моей голове белый шум. Идеальная картинка рушится. Я мечтал о сыне. Не о маленьком и визжащим, который только висит на мамке. А где ему лет пять, и я веду его на единоборство, обливаю во дворе холодной водой. Потом мы рассматриваем классные тачки, строим планы. Воспитываю его, как настоящего мужика, чтобы не стал, как его дед по материнской линии.