Книга Венец ведьм, страница 20 – Антон Чижъ

— Не успела.

— Побежали в примерочную, подберёшь себе в цвет Тентис.

Варвара подумала: почему бы и нет. Раз попала в мир ведьм, пусть литературных, надо выглядеть ведьмой. Главное, чтоб Сыр не погнала на костёр.

Она согласилась, но тут за окнами прошла Лия в очках и косынке. Варвара узнала, где костюмерная комната, и обещала догнать новых знакомых, поспешив на улицу. Но на площадке перед отелем Лии не было. Заглянула за угол дома: сад, притом не слишком ухоженный, был, но лишь он. Лия растаяла, растворилась призраком.

* * *

— На кого охотитесь?

Варвара обернулась. Высокий мужчина в шортах до колен и рубашке поло рассматривал её, как покупатель изучает дорогую вещицу. Поза его была спокойная и даже расслабленная, плечом он упирался в побелённую стену, ногу согнул в колене, носок мокасина уткнул в плитку, руки безмятежно сложил на груди. Возраст определить казалось трудно, что бывает при оценке холёных мужчин в расцвете сил, с лёгкой сединой на висках. Расцвет этот, как известно, наступает и заканчивается у мужчин, когда им самим захочется. Какая несправедливость.

Первый взгляд подсказал немного: незнакомец состоялся в жизни, уверен в себе, образован, возможно, занимал пост руководителя или являлся владельцем бизнеса. Мужчина казался ироничным, но спокойным, в нём угадывались властность, привычка управлять и распоряжаться, скрытая за добродушием.

— Вас зовут Диана, как богиню-охотницу?

Фраза интеллектуального «подката» казалась невинной.

— Меня зовут Варвара, — ответила она, не думая нравиться.

— Греческое имя, означает «иноземная». Редкое теперь. Если вас назвали так, у вас в семье чтят традиции и помнят предков, вы из коренных петербуржцев, хорошо образованны, знаете несколько языков. У вас творческая профессия, связанная с театром, но вы не актриса, не певица… А, вы театровед и театральный критик. Не так ли?

Варваре не понравилось, что метод мгновенного портрета, который передавался в её семье от знаменитого прапрадеда, чиновника сыскной полиции, оказался освоен посторонним. Хотя в методе не было ничего особенного: стоило лишь подмечать детали и делать выводы. Каждый мог бы научиться. До сих пор она не встречала наглеца, кому удалось повторить ванзаровский фокус. А ещё Варвара позавидовала Холмсу и Пуаро: в их времена по одежде человека можно было читать, как по открытой книге. Теперь все одинаковые: шорты и поло. Что тут узнаешь. Ну разве…

— Вам за тридцать, спортом не занимаетесь, держите себя в форме. Питаетесь правильно, но не следуете здоровому образу жизни, о чём говорит здоровый цвет кожи и мешки под глазами. Можете себе позволить себе, что захотите; привыкли смотреть на людей свысока, вероятно, юрист. Или, возможно, вы работаете в сфере финансов.

Всё это она высказала ему, глядя в лицо. Умолчала про парфюм. Аромат для спортсменов от бренда зелёного крокодила. Мужчина сделал паузу, будто оценивал, и протянул руку.

— Родион Романович.

— Варвара Георгиевна.

— Можно просто Родион.

— Можно просто Варвара. Ваши родители любили Достоевского?

Она пожала мягкую, но упругую ладонь.

— Обнаружили, что назвали сына как Раскольникова, когда получили свидетельство о рождении. Посмеялись, но менять не стали. А я всю жизнь терплю насмешки. Про топор спрашивать будете?