Книга Корона Ксилара, страница 60 – Лайон Спрэг де Камп

Лелия рассказала Форбоньяну про ведро щелока – правда, она не знала, что такое щелок, но причина ее несчастий была вполне очевидна. Король в ярости бросился к Дионоте и сказал: «Ну все, безмозглая сука! Собирай вещички и проваливай. Я разрываю наш брак и отсылаю тебя назад к отцу».

Так и произошло. Месяцем позже Форбоньян получил письмо от наследного узурпатора Гованнии, гласившее: «Проклятие, я думал, что избавился от этой сварливой обузы, когда отдавал ее тебе в жены, но ошибся. Придется выдать ее за тирана Боуктиса, у которого недавно умерла жена».

Форбоньян усмехнулся, ибо он знал, что узурпатор и тиран были не в ладах друг с другом. Таким образом, делая вид, что закладывает фундамент вечной дружбы, узурпатор собирался крепко насолить своему врагу.

Теперь между королем и его русалкой больше не было никаких преград. Однажды он сказал ей: «Лелия, я и вправду люблю тебя. Станешь моей женой?»

Лелия ответила: «Но, господин король, как это может быть? Мы с вами – разные существа».

«Ничего, – сказал Форбоньян, – что-нибудь придумаем. Какая польза от короны, если я не могу делать то, что невозможно для простых людей?»

Форбоньян отправился к верховному жрецу Зеватаса и попросил его освятить их союз, но жрец только отшатнулся в ужасе. Так же поступили жрецы Герикса и других богов. Наконец Форбоньян просто-напросто издал королевский указ, в котором объявлял Лелию своей законной женой.

Затем встала проблема исполнения супружеского долга. Все двери во дворец были заперты, и освещали его только смеркающееся небо над головой и несколько свечей, которые по приказу короля были расставлены вокруг бассейна.

Форбоньян сказал своей невесте:

«Лелия, дражайшая, если ты вылезешь из бассейна, у нас все получится». Лелии не хотелось выходить из воды, она утверждала, что от сухого воздуха у нее чешется кожа. Все же она послушалась короля.

Уверенный в том, что никто их не видит, король, мужчина примерно моего размера, сбросил с себя одежду и начал ласкать и целовать Лелию. Когда он решил, что она готова, то попробовал залезть на нее; но, как он ни старался, ему не удавалось осуществить соитие. Наконец он сказал: «Дьявол меня побери, Лелия, как это делается у вашего народа?»

«Прости, – ответила она, – но мой вход крепко смыкается, когда я нахожусь вне воды. Я не могу раскрыть его даже по желанию; кроме того, мне больно, когда ты своим весом прижимаешь меня к камням. Мы, морской народ, всегда спариваемся в воде».

«Тогда давай попробуем в воде», – предложил король, и они плюхнулись в бассейн. Лелия объяснила: «Мы сближаемся, поворачиваемся лицом друг к другу и, когда происходит соитие, медленно переваливаемся с бока на бок, так что то у одного, то у другого ноздри выходят из воды. Ты же знаешь, что мы – не рыбы с жабрами и должны дышать так же, как вы, сухопутные жители».

Во время этого объяснения холодная вода лишила Форбоньяна его королевской стойкости, но, обнимая и лаская Лелию, он сумел ее восстановить. Однако, попытавшись сыграть роль русалочьего жениха, он обнаружил, что у него не получается дышать, когда настает его очередь высунуться из воды, поскольку ему не хватало воздуха для нахождения под водой. Всякий раз он открывал рот не вовремя и выскакивал из воды, кашляя и задыхаясь, и жизненная необходимость выхаркивать воду из легких изгоняла все мысли о любви.