Книга Михаил Врубель. Победитель демона, страница 53 – Дмитрий Овсянников

— Дождешься следующего, не беда. Они отходят каждый день. А прежде тебе нужно подлечиться. Захар! – крикнул Варзугин куда-то за дверь гостиной.

Вошел слуга. На подносе он нес две большие запотевшие кружки. Одну Варзугин взял сам, другую протянул гостю.

— Прошу, дружище. Херигер херигером, а пиво здесь тоже достойно внимания!

Врубель, держа кружку обеими руками, принялся судорожно пить. После вчерашних возлияний его мучила жажда. Алкоголь казался отравой, но деваться было некуда.

— Один мой приятель, сноб, каких поискать, – поделился Варзугин, – называл пиво шампанским для бедных. Но наутро переменился во мнении. Пил его, голубчик, как не в себя! Всё потому, что от похмелья пиво – первейшее средство. Огурцов австрийцы не солят, и рассолу во всей Вене не найдешь, так-то, брат.

— Я ж тут не один! – Отставив полупустую кружку, Врубель почувствовал, что теперь может сесть прямо, возможно, даже встать на ноги. – О, черт! Гайдук!

Варзугин уставил на приятеля вопросительный взгляд.

— Мой товарищ из Киева, тоже художник, – скороговоркой пояснил Врубель. Он спустил ноги с дивана и теперь шарил ими в поисках обуви. – Он ждал меня в гостинице! Выходит, не дождался! Его нужно выручать! Он же не знает здесь ничего! И говорит только по-русски!

— Может, оно и к лучшему, – философски заметил Варзугин. – Без знания языка далеко не уйдет и в короткий срок не заблудится. А долгого срока мы ему не предоставим!

Кое-как сумев прийти в себя, товарищи направились в гостиницу, где накануне остался Гайдук. А узнав, что тот выехал вчера вечером, поспешили на вокзал.

— Больше некуда, – коротко отметил Врубель.

Но и на вокзале Гайдука не оказалось.

— Стало быть, уехал, – заключил Варзугин. – Смышлен оказался, хоть и языка не знает. Значит, точно не пропадет! Ты подожди здесь, возьму я тебе билет до Венеции. Догонишь свою пропажу. А то как бы он и в самом деле не заблудился где!

— Будь здоров, брат! – В окно поезда Врубель видел, как Варзугин машет шляпой. – Следующей весной приходи сюда вновь, и погуляем хорошенько!

* * *

В пути Гайдуку не приходилось думать о том, куда податься дальше – поезд бодро мчал по намеченному маршруту, давая время поспать и поразмыслить о разном. Однако по прибытии в Венецию это спокойствие улетучилось. Бедняга вспомнил, что он один и находится так далеко от дома, как не забирался еще ни разу в жизни. И то бы не беда, знай он, куда идти дальше или хотя бы умей спросить дорогу.

Увы, ни города, ни языков Гайдук не знал. Он подходил к местным с теми словами, которые узнал от Врубеля в Вене. Вот только тальянцы лишь недоуменно разглядывали его да издавали в ответ такие звуки, каких Гайдуку прежде не доводилось даже слышать. О господине Врубеле никто слыхом не слыхивал, и помочь Гайдуку в его поисках венецианцы не могли.

«Эх, был бы здесь Михайло! – с тоской подумал Гайдук. – Он же образованный, не то что я! Поди, все языки знает! Глядишь, и вразумил бы басурман! Эх, где-то он! Сгинул, бедолага, у австрияков! Куда ж я теперь без него-то! Черт меня дернул согласиться на этот путь! И почто мне дома не сиделось?» Ему и в голову не приходило бранить Врубеля – сейчас тот представлялся ему чудом, едва ли не единственным спасением.

Гайдук не решился уйти с вокзала – во‐первых, он не представлял, в какую сторону податься. Во-вторых, здравый смысл подсказывал, что, окажись здесь Врубель, он не минует вокзала. А значит, и товарища разглядит.