Книга Сыны Тьмы, страница 319 – Гурав Моханти

Список услышала Калявана до того, как увидела, что произошло. От крика, казалось, разрывалась голова. Меч Сатьябхамы не задел его череп, а лишь срезал ему ухо. Каляван прижимал руку к голове, лицо исказилось от боли, кровь, пузырясь, сочилась между пальцами и стекала по шее. Каким-то образом ему на волосок удалось уклониться от последнего удара Сатьябхамы. Меч Повелительницы Войны с глухим стуком вонзился в землю, ухо все еще оставалось на лезвии.

Сатьябхама застыла в странной позе, неподвижная как статуя. Затем ее левая рука поднялась и осторожно коснулась меча, торчащего у нее из груди. Кровь стекала по всей длине лезвия.

ДОЖДЬ почувствовала, как у нее пересохло во рту. Меч Калявана пронзил грудь Сатьябхамы, войдя по самую рукоять, так что клинок буквально вырисовывался на фоне заходящего солнца позади нее. Какое-то мгновение они стояли в тишине. Ветер шевелил листья деревьев, растущих вдоль Стены, заставляя их шелестеть, стряхивая сухие и зеленые ветки на плечи солдат. Как ни странно, теперь, когда стало тихо, Дождь наконец услышала щебетание птиц. И хотя она знала, что ей это лишь представлялось, она услышала безмолвный крик из уст Кришны.

Из груди Сатьябхамы летели брызги крови, и она нахмурилась, взглянув сперва на украшенную рубинами крестовину, торчащую из ее ребер, а затем вверх, на солнце, которое предало ее. Но виноватое во всем солнце было сейчас позади нее, быстро прячась в своем позоре. Ее глаза обратились к Кришне:

— Не повезло… – улыбнувшись, сказала Сатьябхама. И вот так просто она упала, как камень.

Кришна бросился вперед как раз в тот момент, когда Каляван поймал Сатьябхаму, остановив ее падение и вытащив из ее груди меч. Кровь хлынула, как волна алого прилива. Собранные в узел волосы расплескались, рухнув каскадом ниже пояса. Сатьябхама и Каляван застыли в какой-то жуткой немой сцене на фоне обрисовавшего их силуэты солнца, словно они были двумя несчастными возлюбленными, изготовившимися к смерти. Каляван осторожно опустил женщину на землю и приказал греческому солдату, который стоял словно в трансе, поднести ее упавший щит, а затем передал щит Кришне, который укрыл им жену.

Итак, Повелительница Войны Матхуры спала, укутавшись щитом вместо одеяла, прикрывая им кровавую дыру в груди.

Дождь, с трудом сдерживая слезы, подошла к Калявану и Кришне, стоящим на коленях рядом с телом Сатьябхамы.

— Достойная смерть – сама по себе награда, – сказала она мертвым, как сон, голосом. Опустившись на одно колено, она закрыла глаза Сатьябхамы, в которых все еще светилось удивленное выражение.

Поднявшись, Дождь коротко приказала:

— Волчицы!

Потрясенные Серебряные Волчицы отреагировали мгновенно. Те, кто был рядом, подошли и образовали круг вокруг тела Сатьябхамы. Матхуранские и греческие солдаты расступились, давая им широкий проход. Они стояли по стойке «смирно», прижав правые руки к сердцу. Молча. Ожидая.

Дождь щелкнула каблуками и приложила кулак к груди. И на всем протяжении Железного Коменданта, по всему полю битвы и вокруг павшего командира Серебряные Волчицы разом обнажили десятки мечей.

ШИШУПАЛ вздрогнул, когда над Железным Комендантом прокатился звон обнаженных мечей. Стальной салют для Повелительницы Войны.От этого ужасающего звука по его рукам побежали мурашки.