Книга Танец теней, страница 55 – Гурав Моханти

Ачарак, что неудивительно, был так же одет во все черное или близкий к этому темный оттенок и сейчас неспешно потягивал чай из блюдца, а не из чашки. Его морщинистое лицо было разочаровывающе простым. Просто костлявый старик. Но именно его голубые глаза, очень живые и безустанно находящиеся в движении, напоминали, что перед Мати сейчас находится этрал. Больше всего старик походил на сову, которая никак не может решить, голодна она или ей скучно.

В углу послышался новый крик. Мати решительно уставилась на Ачарака, не сводя с него глаз. Крик повторился, но Мати не желала показывать, насколько же ей не нравится все это дерьмо.

— Я подозреваю, что мы здесь не для того, чтобы обсуждать теологию, Ачарак. Что вы делаете с Амалой?

Ачарак улыбнулся, налил еще чая из чашки в блюдце и сделал новый глоток.

— Низкорожденная девчонка в безопасности, уверяю вас. А теперь ваша очередь отвечать. Почему вы до сих пор не провели акт консумации брака с принцем?

Она знала, что Империя шпионила за своими врагами, но, похоже, она шпионила и за будущими императорами.

— Я не очень хорошо осведомлена о ваших сухопутных законах, но я уверена, что если бы это вас касалось, то я бы точно это знала.

Ачарак вытащил из складок своей мантии печенье и макнул его в остатки чая в чашке, а затем поднял его и повернул так, чтобы Мати было его хорошо видно. После нескольких секунд в чашке печенье размягчилось, обвиснув под собственной тяжестью. Оно уже не было крепким. Оно уже не было твердым. Ачарак улыбнулся, осторожно сжал пальцы, и печенье сломалось.

Все было ясно как день. Ачарак прекрасно знал, что Мати не вызывала у Сахама Дева никакого аппетита.

Он просто хотел посмотреть, соврет ли Мати, или, возможно, он хотел, чтобы Мати знала, что ему все известно.

— Как я и подозревал. Обычно царевичи достигают брачного возраста, обзаведясь несколькими бастардами, а наш наследник в этом вопросе был удивительно добродетелен. Если тебе интересно, дело не в болезни тела. Семя императора сильно. – Он медленно и задумчиво принялся жевать печенье.

Мати пожала плечами. Она не знала, насколько силен был ее тесть, но однажды она застала своего супруга за тем, как он, вернувшись из школы для сирот, занимался самоудовлетворением. Устав, он отключился на диване между их комнатами. Вероятно, тогда он думал, что она крепко спит. Но она наблюдала за ним и видела, что все части его тела работали вполне нормально. Тогда она заподозрила, что он предпочитал сам глотать меч, но доказательств этому не нашла. А может, какая-то тайна таилась в его прошлом? Возможно. Слишком надуманно? Определенно.

Но будь Мати проклята, если позволит этому властителю летучих мышей оскорблять ее ублюдочного мужа. Откуда такие смешанные чувства! Чтоб этого царевича глубина побрала!

— Любому ясно как день: царевич любит вас, но не желает…

— Меня трахать?

Ачарак стиснул зубы, столь неприятны были ему ее слова.

— Да. И да, это происходит потому, что он не находит вас желанной.

Скажите мне что-нибудь новое.

–И все же он трудится день и ночь, чтобы улучшить вас, но мы с вами, в отличие от царевича, знаем, что жизнь, полную жестокости, не загубишь одним днем покаяния.

— Послушайте, Ачарак. Я вижу, что вы просто извращенец. Мне все равно. Я эксгибиционистка по натуре, – сказала Мати, наслаждаясь новым открытием своего острого язычка. Никто в Империи не осмелился бы говорить грубо даже с послушником, а тут она назвала извращенцем самого Ачарака! О, это было так приятно! Она продолжила: – Но если вы думаете, что называть меня дикаркой – это умный способ побудить меня разделить с вами ложе, то, ваша милость, вам придется придумать что-нибудь получше.