Книга Танец теней, страница 204 – Гурав Моханти

Мати рассмеялась, послав воздушный поцелуй куртизанке, одетой в непристойное подобие наряда богини Пракиони.

— Это Тамралипта. Город святотатства. Город безбожников. Пошли.

Они миновали еще несколько игорных домов и подпольных школ фехтования и прошли мимо пары гостиниц, которые назывались «Приятный Хмель» и «Хмель для Кроликов». Даже Дантавакра неохотно признал, что это выглядело забавно. Алхимические лампы над прилавками раскидывали во все стороны разноцветные пятна, окрашивая лицо Дантавакры то в красный, то в зеленый, то в фиолетовый тон, а он все подозрительно хмурился, изучая предложенные товары. Продажных девок здесь было немерено – впрочем, это было неудивительно, учитывая, что блудницы и моряки вечно жили в некоем симбиозе. О, когда он услышал рассказы об этих местах, ему безумно захотелось посетить эти земли секса и самозабвения, но в этих рассказах не упоминалось, что то, что здесь предлагалось, было жирно, как деготь, и могло служить скорее рекламой венерических заболеваний, чем коитуса. Проходя мимо, он чувствовал на себе взгляды этих развратниц, слышал, как они перешептываются со смешками, обнажая почерневшие на солнце зубы. Пусть Дантавакра пока что и не решился упасть в их объятия, его все же немного обидело, что к нему не приставали. Он-то уж точно был симпатичнее, да и чище, чем тот кусок дерева, что они всю жизнь совали себе между ног.

Расстроенный этими мыслями, он случайно налетел на женщину, которая на целый палец была выше его, а уж разукрашена была так, что даже в темноте были различимы краски, нанесенные ей на кожу. Схватив его за яйца, девка расплылась в пьяной улыбке.

— Отсосать тебе за медяк? – спросила она таким голосом, какого он и в жизни-то не слышал.

— Тварь! – прошипел Дантавакра, высвобождаясь из цепкой хватки, и бросился вслед за Мати. – В Магадхе такие, как она, по улицам не разгуливают!

— И Магадх очень много от этого потерял. – Мати, чьи глаза были скрыты под капюшоном, улыбнулась Дантавакре, сменившему свои доспехи на нечто более унылое и серое. – Привыкай к этому. Это Тамралипта. Город без суда. Город свободы.

Дантавакра нахмурился, поймав себя на том, что сейчас он очень жалеет, что царевич не пошел с ними. Пусть это и больно было признавать, но он, по крайней мере, разделял мнение Дантавакры. Но Мати заставила «Золоченого Льва» сменить свое место у пирса, и сюда они перебрались на маленькой лодке, стараясь избежать посторонних глаз. Для разнообразия на этот раз Дантавакра понимал, почему она так поступила. Львам были не рады в этом гнезде злобных Лебедей.

Он даже невольно задался вопросом, что думали калинганцы о свадьбе Мати в Империи. Но прежде чем Дантавакра смог спросить об этом у самой царевны, едкий поток крови и мочи, стекающий по левой стороне тропинки, заставил его заплясать джигу – когда он пытался увернуться от него, юноша все равно споткнулся и рухнул коленями на труп, от которого все и текло.

Отвратительно! Это был худший день в его жизни. Мати молча прошла мимо – будто шла мимо прилавка с жасмином. Сидящие на корточках и неспешно посасывающие трубки курильщики с водянистыми серыми глазами смотрели на него из укромных уголков, хихикая и словно намекая, что он станет следующим трупом. Дантавакра поднялся, отряхнул колени и поспешил догнать Мати, шаркая ботинками по дороге, чтобы счистить налипшую грязь.