Книга Тирания веры, страница 101 – Ричард Суон

— Думаю, нам надлежит заглянуть во Фляйшрегаль, – сказала она.

Я заметила, как Вонвальт переглянулся с сэром Радомиром. Брессинджер снова сплюнул, теребя свой обрубок; он был похож на лиса, угодившего лапой в капкан.

— Дубайн, – неестественно оживившись, произнес Вонвальт. – Будь добр, приведи пса. – Он щелкнул пальцами. – Как его звали, Хелена?

— Генрих.

— Сходи и приведи Генриха, будь добр.

— Сомневаюсь, что пес сможет что-либо учуять среди стольких тлетворных испарений, – сказала Роза, ничего не знавшая о Брессинджере и о том, что давным-давно, во время взятия Аннхольта, он потерял двух малышей-близнецов.

Вонвальт отмахнулся от нее.

— Мы ничего не потеряем, если попытаемся. Дубайн?

— Ладно, – ответил Брессинджер и ушел.

Сэр Конрад посмотрел на темную громаду строений и дождался, когда Дубайн отойдет подальше.

— Вы уверены?

— В чарах не бывает математической точности, однако я уверена, что нам надлежит отправиться туда, – сказала Роза. – Причем поскорее, – с нажимом прибавила она.

Вонвальт цокнул языком.

— Ладно. Тогда ведите.

Роза быстрым шагом направилась в сторону Фляйшрегаля. Вонвальт пошел следом за ней, а сэр Радомир двинулся следом за Вонвальтом, но лишь после того, как многозначительно посмотрел на меня. Наверху раздался резкий крик грача, и я увидела, как птица пронеслась над нашими головами. Мне показалось, что это не к добру.

— Догоняй, Хелена! – крикнул сэр Конрад, обернувшись и заметив, что я не сдвинулась с места.

Я вздохнула и пошла следом за Вонвальтом к кварталу, где обитали городские мясники.

* * *

Фляйшрегаль – что на низком саксанском буквально означает «мясные лавки» – представлял собой мрачный вонючий квартал, который раскинулся на самой восточной окраине района грязных ремесел. Здесь из земли росли деревянные фахверковые дома, такие старые и настолько покосившиеся, что они почти соприкасались друг с другом коньками крыш. В воздухе висел невыносимый смрад мертвечины, крови и отбросов, и я могла лишь воображать, какое зловоние стояло здесь летом. По сточным канавам, как по долу меча, текла кровь, и никакие пинки и топот не могли разогнать крыс, разжиревших на сочных отбросах. Слева, совсем рядом, в небо вздымалась стена Эстре – совершенно голая каменная громада, казавшаяся нерушимой. С улицы, по которой мы шли, было не разглядеть ее верх, по которому неустанно бродили часовые.

Мы пробирались через это вонючее и негостеприимное место, как сквозь заросли древних деревьев в проклятом лесу.

— Вы говорите, что почувствовали след мальчика и он ведет во Фляйшрегаль, – произнес Вонвальт. Он делал вид, будто его ничуть не заботит омерзительное месиво на земле, но я знала, что будь сейчас рядом с ним лишь я да Брессинджер, сэр Конрад всю дорогу воротил бы нос, нюхал платок с сушеной грозодской лавандой и старался ступать по наименее грязным участкам улицы – причем с такой избирательностью, что никто не подумал бы, что перед ними бывалый солдат.

— Да, – ответила Роза.

— И след ведет дальше по улице, после чего выходит к переулку Пайкс-Бенд?

Я давно не слышала в голосе Вонвальта такое волнение.

— Кажется, нет, – сказала Роза. Она говорила устало, словно истратила на свои способности все силы. – Позвольте я отдышусь и попробую уточнить. Много времени это не займет.