Книга В Доме Змея, страница 134 – Илья В. Попов

Вот только его противник не успел отпраздновать победу, так как какой-то пожилой мужчина разбил ему о голову тарелку, а следом воткнул длинный осколок прямо в горло негодяю. Не успел тот осесть на землю и выронить из ослабевших рук клинок, как старик подхватил оружие и с боевым кличем ринулся в бой. Бывшие циркачи, гимнасты и музыканты, сбросившие маски и вооружившись до зубов, кромсали опешивших гостей; одни из них пытались оказать сопротивление, другие – спастись бегством, большинство же просто метались из стороны в сторону, растерянные, не понимающие, что происходит. При этом количество погибших и с той и с другой стороны уже явно перевалило за пару десятков.

Вдруг Кенджи накрыла чья-то тень. С трудом повернув голову, он увидел, как над ним навис бугай, сжимающий в правой руке короткий топорик. Недобро ухмыльнувшись, здоровяк уже было приготовился отправить Кенджи на тот свет, как негодяя сбил с ног невесть откуда взявшийся Макото. Оба кубарем покатились в сторону, осыпая друг друга градом ударов, – но вот наконец сумевший прижать противника к земле Макото одним резким движением сломал тому кисть, лишив возможности продолжать схватку, для верности треснул локтем в висок, окончательно сломив сопротивление, а потом, подобрав топорик, вонзил лезвие прямо промеж глаз злодея.

Поднявшись на ноги, Макото поспешил к Кенджи и что-то закричал, вот только шум в ушах и не думал становиться тише, так что выглядел Макото сейчас в глазах Кенджи словно рыба, выброшенная на берег жестокими волнами. Мотнув головой, Кенджи почувствовал, как из его левого уха что-то вытекло прямо за шиворот, – взглянув на собственную ладонь, Кенджи увидел, что она алая от крови.

— …датель!

Звон понемногу стихал, хоть в глазах все еще двоилось, и Кенджи уже потихоньку начинал различать звуки царившей вокруг какофонии, состоящей из воплей, криков, ругани, стонов, треска ломающегося дерева, выстрелов и звона стали. Ноздри же резал запах дыма и паленого мяса.

— …Предатель! – прорезал шум вопль Макото, который одним рывком поднял Кенджи на ноги и не дал тому рухнуть обратно. – Этот ублюдок Исаро умудрился провести сюда своих людей с оружием! Император мертв!

— Что?.. Симада погиб?.. – только и смог произнести Кенджи, все еще пошатываясь и ощущая во рту железный привкус; видимо, упав, он все-таки прикусил язык. Что ж, он еще легко отделался. – Но как…

— Не сейчас! – перебил его Макото. – Нужно найти отца с братом и уходить отсюда, да поживее, иначе за наши шкуры я и медяка не дам.

Долго искать им не пришлось. Высокую фигуру Каташи, облаченного в праздничный черно-зеленый наряд, было видно издалека. Окруженный разом шестью противниками, он не выказывал и доли беспокойства, являя собой воплощение невозмутимости, несмотря на то что был полностью безоружен, тогда как враги его сжимали короткие кривые клинки, кинжалы и палицы. При этом никто из шестерки не решался напасть первым, обмениваясь между собой тревожными взглядами, точно чуя, что, невзирая на их численное превосходство, драка может дорого им стоить. Но вот наконец самый храбрый – или же безрассудный? – из негодяев издал яростный вопль и бросился на главу Дома Змея, яростно размахивая клинком.

Одним неуловимым движением Каташи ушел в сторону и выбросил в сторону парня руку. Разрезав мечом лишь воздух, тот по инерции пробежал еще несколько шагов и упал на колени, тяжело хрипя; на месте, где еще несколько мгновений назад был его кадык, теперь зияла дыра размером с кулак, сочащаяся кровью. Дотронувшись до горла, точно все еще не веря в собственную смерть, воин рухнул лицом в землю и испустил дух. Каташи же брезгливо отшвырнул окровавленный комок, достал из-за пазухи платок, вытер руку и отбросил кусок ткани в сторону.