Книга По ту сторону стены, страница 51 – Эйа Риверголд

В словах Отема звучала та правда, около которой долго бродила Илис, но все никак не могла откопать ее.

— Но чем поможет смена дня и ночи?

— Солнце будет постепенно сменять луну, люди успеют привыкнуть. Солнечные лучи осветят стену. Многие смогут увидеть друг друга, станет тепло, снег растает, люди будут выращивать урожай самостоятельно, выздоровеют, смогут видеть больше снов, Ронус станет спать глубоким сном… Все произойдет постепенно. Понимаешь?

— Да, да, вполне разумно…

Тишину нарушил посторонний человек. Илис могла отчетливо слышать легкие шаги, словно кто-то сыплет крупу.

— А король? – спросила она. – От него не было толку все эти годы. Зачем он нам сейчас?

«Может, это ящеры», – подумала Илис и всмотрелась в стены: на них шевелились пухлые пузатые рептилии, но звук исходил не от них.

— Только он может убить Ронуса. То есть только ему известно, как это сделать. Все же он спит вот уже как три моих жизни.

На вялом лице Отема появилась слабая улыбка.

— Почему нам нужно убить Ронуса? Он же хранитель снов.

Сердце съежилось от мысли о том, что то беззащитное существо, дремлющее под великими снами, может быть убито из-за глупого желания маленьких людей. Не зная причины, по которой все его боялись, Илис искренне верила, что ничего злобного в драконе нет, и это просто суеверия жителей, когда-то поставивших на него яркую метку.

— Если день начнет сменяться ночью, есть вероятность, что Ронус рано или поздно проснется, поэтому нужно, чтобы король проснулся раньше и убил его. Тогда люди смогли бы спокойно пробраться через стену.

— Он настолько опасен? – В глазах ребенка потухла вера в милосердие сидящего перед ней человека. – Неужели нет другого пути?

— Илис, вспомни, что он сделал с Фрисом! Что случилось с Люси! Нет, определенно только этот вариант…

— Почему мы сразу не загадаем, чтобы Ронус умер? Неужели сторожевые не пытались убить его? Зачем взрослые все время прибегают к таким методам?

— У сторожевых нет того, что есть у нашего короля. Если Ронуса не убьет его величество, то король погибнет. К сожалению или к счастью, только ему известно, как пройти через стену.

— Но ведь мы прошли через нее! Мы перелетели через стену.

— Ему может быть известно, как освободить каменных: тех, кто стал частью стены! Илис, мы с Фрисом десять лет думали об этом и пришли к такому выводу. Только этот способ подарит нам надежду. Больше никакой.

Они встретились взглядами и еще долго не могли понять, что с ними стало, что поменяло их, что сделало их до такой степени неузнаваемыми, но все без толку. Перед собой оба товарища видели совершенно разных людей.

— Хорошо, – медленно заключила Илис, смирившись с правотой старика. – Я загадаю о дне и ночи. Спи, Отем, мне кажется, ты устал…

Девочка отвернулась от него и прислонилась спиной к стене. Ей было неприятно ощущать беспомощность и понимать, что в большей степени старик был прав, а еще совесть стала грызть ее сердце за то, что она смела защищать ту тварь, которая превратила маму в камень и лишила ее отца. А детская жалость к беспомощным душам, чья судьба висит на тонком волоске, грызла сердце, и вот Илис сидела, придерживая ладонями едва работавшую голову.

— Хорошо, да, я устал. Давай отдохнем.

Отем опустил усталые веки и ушел в сонное царство. Илис осталась наедине с тишиной. Тревожное чувство того, что рядом кто-то ходит, не оставляло ее, но и ощущение вины протыкало и без того потрясенное сердце.