Онлайн книга «Двери больше не нужны»
|
— Что с ним случилось? От чего он… Лия с силой потерла лицо, и я уже решила, что она меня прогонит, но она глухо ответила из-под рук: — Разбился на машине. Я не понимаю, как я до такого довела, не понимаю, это невыносимо, четыре года прошло, а я спать не могу, ничего не могу. – Она уронила руки, глядя в пустоту перед собой. – Я все упустила, он был такой взвинченный, тревожный, я должна была понять, должна была за ним присмотреть, но мне как раз дали повышение, и я… Он мечтал о машине, сдал на права, как только восемнадцать исполнилось. Купил какую-то развалюху, гонял на ней как попало, он даже пьяным не был, просто носился как сумасшедший, не вписался в поворот, врезался в опору моста, скорая приехала, но не успела его спасти. Он же мне не рассказывал ничего, я думала, все хорошо, я не знаю, о чем он думал, что с ним творилось, почему… Я слушала ее монотонный голос, глотающий слова, и думала об одном: вот это действительно конец. Единственный способ спасти копии – позволить им встретить оригинал лицом к лицу и соединиться с ним, но у Антона оригинала нет. Он погибнет вместе со своим городом, его смерти не избежать. — Это была такая… облезло-коричневая машина? – устало перебила я и опустилась на скамейку рядом с ней. Лия коротко кивнула. Что ж, значит, Антон, которого я знаю, водит свое орудие убийства. Не так уж плохо быть вечно занятым – в волшебном городе Антон тоже гонял, но там у него хоть была великая цель. А еще ему просто везло, ведь там все было чуть лучше, чем в реальности. Вадик меньше пил, Белла не так постарела. Спасать мир утомительно, но психике, похоже, благородное служение и ясный смысл жизни только на пользу. Это был мир, где счастливые развязки наступают чаще. Мир снаружи куда мрачнее. Я безнадежно повесила голову. Четыре года назад я была занята обреченными попытками вылечить маму – и не знала, что далеко-далеко проходят похороны того самого мальчика, который когда-то отдал мне конфету на Витебском вокзале, чтобы я перестала плакать. Мы помолчали. Лия никаких вопросов не задавала – ей было все равно. — Он очень добрый. И очень вас любит, – тихо сказала я. Слабое утешение лучше, чем никакого. – Сделал все, чтобы вы им гордились. В том мире все наоборот – не вы его потеряли, а он вас. Не представляете, на что он шел, чтобы с вами увидеться! Он защищает город от тех дверей, и… Постойте! – Я торопливо назвала ей адрес Беллы. – Езжайте туда, хорошо? Там сейчас его лучший друг. Не вашего Антона, а моего, но не важно! Он вам все расскажет. Лия равнодушно покачала головой. — Даже если вы правы, даже если эти ваши параллельные квантовые вселенные существуют, там не мой Антон. Мой умер. — Не говорите так. Все версии вашего сына – это ваш сын. – Я поймала ее взгляд. – Почему здесь он тоже был несчастным? Тут же были вы, и… — И была так себе матерью. – Лия криво усмехнулась. – Думала о работе куда больше, чем о нем. Мне надо было зарабатывать, мы были совсем одни, и… Вот, кстати, об этом. — Кто его отец? — Не важно, мы не поддерживаем связь. — Важно. Скажите. — Один коллега. Он был женат. – Лия насторожилась. – Стоп, в этом дело? Вы какой-то журналист? Блогер? Репортаж про него делаете? Проваливайте. И тут меня осенило. Белла летом сказала мне: «Лия работала научным консультантом у Левы на передаче, она же физик. Ее он первой привел». Неужели… |