Книга Алые небеса. Книга 1, страница 20 – Чжон Ынгволь

— Надо было просто оставить его там. На что я вообще надеялась? Создала же себе проблему на ровном месте… Ай! – Девица Хон сжала правое запястье. Оно еще и распухло.

Юноша перевернулся на бок и скрутился креветкой. Она тут же схватила его за плечи и принялась трясти.

— Вы проснулись? Эй!

Однако он сделал это не сознательно, а лишь бездумно пытался защититься от холода. Девушка отвязала ботинки от пояса и отбросила их в сторону, а потом нащупала в темноте тонкое одеяло: зимой в доме было пусто, поэтому нашлись только такие. Постелив ему на полу, она перенесла мужчину, подложила подушку и укрыла его. Возможно, из-за того, что одеяло было холодным, Рам снова свернулся под ним калачиком.

Хон больше месяца не спала на нормальном полу, поэтому отчаянно захотела тоже прилечь. На нее навалилась сонливость, которая довольно быстро заставила девушку задремать, несмотря на прохладу в комнате. Во сне ее тело стремилось согреться любым образом, поэтому ненароком тянулось к одеялу и все пыталось прильнуть к груди юноши.

Ванби – главная супруга вана – уже собиралась отойти ко сну, как вдруг вздрогнула от испуга и села, прислушиваясь. Придворные дамы, хлопотавшие по разным поручениям, тоже замерли.

«Уху! Уху! Уху!» – ухала сова. Они не ослышались.

— Вы тоже это слышите?..

— Да! Опять сова кричит… Ваше величество, придворные жалуются, что им страшно здесь жить! Прошу, убедите его величество вана перенести государеву резиденцию из Кёнбоккуна в другой дворец…

Ванби устало коснулась лба. Сова снова заухала. Все дамы в комнате смотрели на нее с ужасом в глазах, словно умоляя поскорее выпустить их отсюда.

Люди издавна боялись уханья сов: считалось, что эти птицы приносят несчастья. Дворец Кёнбоккун тоже их пугал. Отчасти потому, что многие в нем погибли мучительной смертью. Еще одной причиной были жуткие слухи о том, что смерть преследовала его обитателей как раз из-за того, что сам дворец так и не приспособили для жизни. Возможно, именно поэтому с самого момента постройки Кёнбоккун никогда по-настоящему и не служил в качестве основной ванской резиденции. Многие избегали там оставаться, так что он часто пустовал. А когда вдалеке, прямо как сейчас, ухали совы, люди принимали их за духов тех несчастных, которые когда-то умерли в этом дворце.

«Уху-уху-уху-ху!» – звук, казалось, становился все ближе и ближе. Сова была уже не одна.

Ванби пригладила волосы и сказала:

— Пора бы мне вставать, а то скоро и наложницы придут. Несите одежду.

Пока служанка помогала ей просунуть руки в рукава, королева обратилась к придворным дамам:

— Наверное, его величество еще не спит. Пойдите и узнайте, могу ли я сейчас прийти.

Одна из придворных сделала шаг назад; но в то же мгновение дверь за ней открылась, и дама почувствовала чье-то гнетущее присутствие. Она быстро отскочила в сторону. Раздалось тихое:

— Его величество прибыл.

Двери уже были распахнуты, поэтому шептать не имело смысла. Ванби поспешила завязать свой жилет и хотела встать, но ван поднял ладонь в останавливающем жесте.

— Сиди-сиди. Я тоже сейчас сяду. – Оглядевшись по сторонам, он продолжил: – Сегодня я останусь здесь. Не подпускайте никого к этому месту.

И это был приказ. Он услышал уханье совы и сразу примчал к жене, зная, что придворные дамы снова начнут усложнять ванби жизнь. Ван взял ее за руку и крепко прижал к себе, поддерживая жену. Тогда все присутствующие в мгновенье исчезли, оставив их наедине.