Книга Иллидан: Страж Пандоры, страница 91 – Stonegriffin

*** Напоминание — главы выходят раз в два дня, но при достижении 300 лайков — выложу внеочередную)

Их было четверо.

Нет, пятеро, если считать Грума, который категорически отказывался оставаться в хижине, когда Иллидан уходил на тренировочную поляну. Детёныш палулукана вырос достаточно, чтобы преодолевать расстояние самостоятельно, и теперь считал своим священным долгом присутствовать на каждом занятии. Обычно он лежал в тени ближайшего дерева и наблюдал своими полуслепыми глазами за происходящим с выражением, которое Иллидан про себя называл «экспертная оценка».

Иногда он засыпал и храпел так громко, что заглушал инструкции.

Но четверо на'ви, которые стояли сейчас перед Иллиданом в предрассветном полумраке — это было уже чем-то похожим на отряд.

Ка'нин был первым, и он оставался… Ка'нином. Верным, надёжным, с той особой комбинацией преданности и скептицизма, которая делала его идеальным первым учеником. Он не верил слепо — он проверял, сомневался, задавал неудобные вопросы. И именно поэтому, когда он всё-таки принимал что-то, это принятие было настоящим.

За прошедшие недели он изменился. Его тело, и так не слабое, приобрело жилистую твёрдость, которая отличает бойца от просто сильного на'ви. Его движения стали экономнее, точнее. Он уже не был тем юношей, который пришёл на поляну с вопросом «научишь меня?» — теперь он был… ну, ещё не воином, но уже хорошей заготовкой для воина.

Иллидан никогда не говорил ему об этом напрямую. Комплименты расслабляют, а расслабленный ученик — это ученик, который перестаёт расти.

Нира'и была второй — молодая охотница, которая пришла к нему с вопросом и получила нужный ей ответ. Она была лучшим следопытом среди молодёжи племени, и это было заметно: она двигалась бесшумно даже по меркам на'ви, а её глаза замечали детали, которые другие пропускали. Но главное — она умела думать. Не просто наблюдать, а анализировать увиденное, делать выводы, предсказывать.

Это было редкое качество. Иллидан ценил его.

К тому же — и он поймал себя на этой мысли уже не в первый раз — она была приятна глазу. Не в том смысле, который отвлекал бы от тренировок, но… в том смысле, который заставлял его иногда задерживать взгляд чуть дольше необходимого. Линии её тела, когда она выполняла упражнения на гибкость. Сосредоточенное выражение лица, когда она слушала объяснения. То, как свет играл на её полосах, когда она поворачивалась определённым образом.

Он отгонял эти мысли. У него не было времени на… отвлечения. Но они всё равно возвращались.

Тсе'ло был третьим, и он был полон сюрпризов.

Здоровяк — другого слова не подобрать — возвышался над остальными на голову с лишним. Его плечи были шириной с хорошую дверь хижины тролля, не меньше, а руки — толщиной с ноги обычного на'ви. Племя считало его туповатым: он говорил медленно, часто путал слова, и его попытки освоить сложные охотничьи техники обычно заканчивались катастрофой того или иного масштаба.

Но Иллидан видел другое. Тсе'ло не был глупым. Он был… другим. Его разум работал иначе, чем у остальных — медленнее в одних областях, но глубже в других. Он не мог запомнить последовательность из десяти движений после одного показа, как Нира'и. Но он мог взять одно движение и отрабатывать его часами, пока оно не становилось частью его тела. И тогда это движение в его исполнении становилось совершенным — не потому, что он понимал его, а потому что он становился им.