Книга Орден Разбитого глаза, страница 296 – Брент Уикс

Скабрезная шутка просто напрашивалась. «Но это же Каррис! Она же мне, не знаю… как мать!..» Впрочем, мать у него уже была. Полнейшая катастрофа и позор человечества. А точнее говоря, ее у него уже не было.

— Или не легенда?

Кип постарался отмахнуться от непрошеных воспоминаний. Как воняло в том чулане, где он просидел три дня и две ночи и едва не погиб…

— В Кровавом Лесу до сих пор существует Плывущий Город. Сейчас мы не можем построить ничего подобного, но очевидно, что когда-то методы постройки таких сооружений были известны. Правда, в легендах говорится, что Стеклянный Остров был в сто раз больше Плывущего Города… Неважно, может быть, он был только вдвое больше или даже меньше. Может быть, он действительно утонул из-за грехов его жителей против Орхолама, а может быть, его просто разметало зимними штормами. Или верны оба варианта – ведь они, конечно же, вовсе не исключают друг друга.

— А другое оружие они не делали?

— А что бы ты предположил? – спросила Каррис.

— Ну, луки…

— Было несколько штук. Говорили, что на овладение ими требовались годы, чтобы достичь должной сноровки. Трудность заключается в том, чтобы понять, сколько именно воли следует приложить, и следить, чтобы ее поток был постоянным, независимо от того, насколько ты устал, или напуган, или рассержен. Но ни один из них до нас не дошел.

— Или катапульты?

— Они разрушали людей, которые пытались их использовать.

— Что вообще происходит с человеком, чья воля сломана? – поинтересовался Кип. – Я как-то на тренировке взломал волю одного парня, Гратцнера, но с ним вроде бы ничего страшного не случилось…

— Зависит от того, какое количество воли ты используешь. Если разрушить что-то, созданное из минутной прихоти, твой противник, может быть, будет оглушен на пару минут. Но когда человек напрягает волю, делая ее стальной, чтобы шарана-ру метнула камень на две тысячи шагов, – и терпит неудачу… Он остается идиотом. Навсегда.

— Помилуй Орхолам…

— Как бы там ни было, я рассказывала тебе о касте воинов, которые использовали шарана-ру. У них имелась дюжина военных танцев, с помощью которых они приводили себя в боевой транс. Обычно в них включались неглубокие уколы и надрезы на собственных скальпах и ладонях. Эти воины вступали в битву, уже покрытые кровью, и не останавливались, пока оставалась еще хоть капля крови, которую можно было пролить. Одно из самых сокрушительных поражений они понесли под стенами Зеленой Гавани. Там до сих пор стоит лес, где, как говорят, в сумерках можно услышать звуки их военного танца.

— Звучит… жутковато.

— Смотри, как бы тебе не пришлось отстирывать штаны, – заметила Каррис с коварной улыбкой.

Ее глаза затуманились.

— Знаешь, Кип, я давно хотела тебе сказать, что ты становишься все больше похож…

Внезапно Кип ощутил, как под его ногами разверзся колодец, полный страстного желания, и он начал падать, проваливаясь в его глубину… Он уже мысленно закончил фразу за Каррис, но не мог издать ни звука, боясь, что последние пузыри воздуха покинут его, словно разбитые надежды.

— Нет, – решительно произнесла она уже совсем другим тоном. – Ты не становишься похож на воина – ты просто становишься воином, Кип. И я горжусь тем, что тебя обучаю.

Она неловко потрепала его по плечу.

«Это же было совсем не то, что она собиралась сказать! Наверняка не то! Или то?» Да нет, она действительно была готова произнести те, другие слова – слова, которых так страстно жаждало его дурацкое сердце, как будто от них что-то могло стать лучше…