Онлайн книга «Вечное море»
|
— Он намного могущественнее Милосердия? – спросил Ци Ла. Гильгамеш повернул голову, на фоне снежного ветра в его благородных чертах виделась пронзительная резкость. Посреди снегов прекрасное, как у ледяной скульптуры, лицо сияло мягким белым светом. — Разница между Свободой и Милосердием схожа с той… что разделяет меня и Ю Мина. Ци Ла молчал, слова Гильгамеша едва ли о чем-то ему говорили. Потому что он никак не мог знать, насколько высок предел духовной силы ни у Гильгамеша, ни у Ю Мина. Он повернул голову и посмотрел вдаль: огромные раскачивающиеся отростки Милосердия источали неимоверную и хаотичную духовную силу, совершенно не позволяя Ци Ла воспринять то, в каком состоянии находилась духовная сила Свободы позади. К тому же, по словам Гильгамеша, зверь пока не собирался вступать в битву, поэтому не высвыбождал еще силу… Его даром являлось вовсе не точное восприятие духовной силы, однако даже так Первый князь, минуя заслон Милосердия, с точностью мог чувствовать слабые изменения силы, скрытой вдали. Ци Ла понял, что никогда прежде не осознавал, насколько на самом деле был непостижим Гильгамеш. Возможно, в этом и заключалась превосходящая мощь, именуемая вершиной духовной силы Асланда. * * * — Ци Ла, мне нужно, чтобы ты создал врата и я смог, не провоцируя Милосердие, пробраться назад. Сначала я разберусь со Свободой, иначе, судя по той скорости, с которой он пробуждается, к моменту, когда мы схватим Милосердие, его пробуждение уже завершится. Тогда у меня уже не будет сил на столкновение с еще одним подобным «приятелем». — Как быть в это время нам с Милосердием? – спросил Ци Ла. Гильгамеш, обернувшись, посмотрел на него, его лицо обнажило очаровательную улыбку. Низкий, волнующий голос прозвучал теплым солнцем в зимний день, он поднял руку и легонько разгладил морщинку, залегшую меж сдвинутых бровей Ци Ла, тихо произнес: — Одолеть Милосердие тебе действительно было бы нелегко, но в том, чтобы просто избегать его атак и защищать остальных, для тебя, Ци Ла, вовсе нет ничего сложного. Я верю в тебя. – Уголки его губ слегка приподнялись. – Жди меня здесь, я скоро вернусь. А в мое отсутствие, пожалуйста, позаботься об остальных. — Ты… — Обещаю тебе, что обязательно вернусь живым, – заметив беспокойство на лице Ци Ла, невольно, ласково улыбнулся князь. На заснеженной земле перед Гильгамешем в полузастывшей луже крови тихо расцвел аккуратный ледяной лотос – крохотный прозрачный цветок, словно кристалл, искрящийся звездами. — Сейчас не время для шуток, – почесал лоб Первый князь и горько усмехнулся, – а ты создал для меня врата в виде маленького Милосердия. Даже не знаю, что на это сказать… Ци Ла поджал губы, на его лице отразилось смущение: — Не специально… Я создал их на скорую руку, видимо, неосознанно думая о лотосах, поэтому и получилось вот это… Гильгамеш смахнул ладонью собравшийся на плечах снег и подошел к похожему на кристалл цветку: — Оставайтесь здесь до моего возвращения и никак не провоцируйте Милосердие, он все еще на этапе всасывания золотой дымки и какое-то время не должен предпринимать больших атак. Однако если… Просто «если»… Если я не вернусь обратно… – Он аккуратно опустился на корточки рядом с вратами-лотосом, повернул голову и поднял прикрытые густыми золотистыми ресницами прекрасные глаза. – Обещай мне, что неважно, каким образом, но ты покинешь это место живым. – С этими словами он протянул руку и поднял ледяной цветок. |