Книга Год хорошего Кощея, страница 52 – Анастасия Деева

— Осторожнее! Разобьешь! – обеспокоенно всплеснул руками хозяин.

Они с Василисой догнали кота. Старик отобрал у него игрушку и заботливо повесил на дерево, почти у самой макушки.

Недовольный Найдён, хищно щурясь, сел напротив ёлки, раздраженно дергая хвостом.

— Осторожнее надо с Мирами! – проворчал дед и снова обернулся к Василисе: – Тут дело такое… Внутри этого шара все вроде бы как у нас, да не так. Это называется Законами Мироздания. Ты же видишь, что тут все ездят на машинах, а на метлах никто не летает.

— Но я же летаю! – упрямо возразила Василиса.

Метла демонстративно приземлилась прямо ей в руку, словно бы подтверждая, что в любой миг она готова поднять свою хозяйку в воздух.

— Ты, соседушка, попала сюда в особое время. Это самый канун Нового года.

— Какой такой Новый год? – непроизвольно баба бросила взгляд за окно на улицу. – Аль весна у них тут началась?

Для Василисы новый год начинался, когда и ночь, и день были равными – в день весеннего равноденствия. Тогда было принято на Руси обрядами провожать зиму, сжигать её чучело, печь блины поминальные. С этого момента и считалось, что старый год закончился, а новый – наступил.

— Здесь, соседушка, отчет начинается в просинец, первого числа. То есть послезавтра, – Мороз Иванович взглянул на часы, показывающие первый час ночи. – Точнее, уже завтра.

— В просинец? Чудно! – покачала головой баба. – Чего же местные-то славяне празднуют новый год посередь зимы?

— Тут много чего по-другому. Даже месяц просинец у них январём называется… Пойдем-ка, а то чаёк твой уж совсем простыл…

Они снова вернулись к столу.

— Есть тут такой праздник зимний – Новый год, – продолжал Студенец. – Это особый день. Люди, которые совсем разучились верить в чудеса и волшебство, начинают почти по-детски ждать, что в их жизнях может произойти что-то воистину необыкновенное. Раз верят в это массово, место чуду всегда находится. В эти дни волшебство концентрируется в воздухе не магического Мира, как туман невидимый. Это незримое глазу чародейство и поддерживает твою Метлу.

Заинтересованная Метла подлетела ближе, распушив веточки от любопытства.

— Как только праздник пройдет, как только стихнет новогодняя суета, твой волшебный предмет станет самой обычной метёлкой…

Метла страшно оскорбилась. Она сделала сальто в воздухе, смахнула со стола чашки и конфетницу, и, по-боевому встопорщив прутики, ринулась в сторону Деда Студенца.

У того была отличная реакция. Он резко вскинул руку ей навстречу, и в его кисти невесть откуда взялся блестящий ледяной посох, принявший на себя удар черенка. От неожиданности Метла отлетела в сторону, врезалась в фотообои и почти моментально примерзла к стене, покрывшись коркой льда. Посох в руках Мороза Ивановича исчез так же быстро, как и появился.

Василиса и кот с ужасом смотрели на бога зимы и стужи. Его седые волосы в этот момент встали дыбом, и с них сыпал искрящийся снег. Сейчас хозяин туристического агентства снова напоминал того неприветливого, угрюмого старика, который шатался по лесам и полям, и которого так боялись встретить люди на Руси.

В помещении резко похолодало, словно бы в какое-то мгновение открылись двери, напустив с улицы морозного воздуха.

Студенец крякнул по-стариковски, пригладил волосы, стряхнул с них снег ладонями и сурово погрозил пальцем Метле: