Книга Вероломный бог, страница 21 – Кэмерон Джонстон

Самым распространенным Даром была связь с одной из природных стихий, но я отличался от остальных и считал себя вербовщиком душ, если говорить мягко, и гнусным манипулятором, если не стесняться в выражениях. Большинство людей называют обладателей подобного редкого Дара гораздо хуже: тиран, если помягче, пожиратель мозгов – если нет. В Аркануме следили за всеми магами, чтобы мы не слишком злоупотребляли своими способностями, и знали, что я могу подчинить людей своей воле и стать настоящим тираном. За мной всегда следили с особой бдительностью, с ножом в руке, готовым вонзиться мне в спину. То были счастливые времена.

Оказалось, что старого дома Чарры давным-давно нет, он сгорел, а на его месте построили какую-то скрипучую хибару. Брошенный в миску нищего медяк вернулся сведениями о том, что Чарра еще жива, к моему облегчению. Она переместила свое предприятие к Западным докам – роскошное местечко для борделя. Новое заведение «У Чарры» напоминало шикарные кварталы Полумесяца и Старого города, насколько это вообще возможно, не привлекая внимания стражей и Арканума, следящих за тем, чтобы подобные нежелательные элементы не прыгали выше головы.

Мне понадобилось добрых полдня, чтобы пробраться в западную часть города по лабиринту узких улочек, и я постепенно осознавал, что здесь что-то неладно. В болтовне и приветствиях друзей и соседей сквозили страх и неуверенность. И дело было не в том, о чем они говорят, а в том, о чем умалчивают. На моих глазах одна старушка спросила у плотника, как поживает его сестра. Он не ответил, а просто отвернулся, сосредоточившись на починке двери. Женщина побледнела и не стала больше расспрашивать. Я подслушал и другие разговоры, а по пути задал прохожим несколько наводящих вопросов. Похоже, в последние месяцы исчезло слишком много людей, в особенности обладающих хоть толикой магии в крови. У всех на устах было прозвище Живодер, написанное на стене надвратной башни. Кто-то называл его безумцем, кто-то – демоном из Дальних миров.

К тому времени, как я нашел нужный район, опустились сумерки, и большой колокол в Старом городе пробил в последний раз до рассвета. Посреди улицы топтались несколько путников, явно впервые прибывших в город, они глазели на большие дома и готические шпили, а на стенах и крышах замерцали сказочные огоньки, раскрашивая все вокруг в хоровод красного, розового, зеленого и голубого по прихоти господ из благородных домов. Очень красиво, но я видел это бесчисленное количество раз и знал, сколько золота тратит знать на эти магические безделушки.

Новое заведение Чарры находилось в большом здании из прекрасного серого камня, с изящным орнаментом и витыми колоннами, в окружении небольшого ухоженного сада. Сегодня вечером Элуннай была почти полной, ее рассыпанные по небу слезы сверкали как алмазы. Серебристый свет делал сад просто неземным – из почвы поднимались сотни лунных цветов, их прозрачные бутоны раскрывались, и лепестки мягко сияли, купаясь в свете Элуннай. Должно быть, этот маленький оазис безмятежности обошелся в целое состояние, потому что выглядел он волшебнее всех искусственных чудес, украшающих особняки знати на скале выше.

Чарра явно высоко взлетела.

По обе стороны от главного входа стояли воинственного вида рыжие близнецы с короткими шеями и торчащими бородами, как будто состоящие из одних мышц и синеватых татуировок. Скрестив волосатые руки на кожаных жилетах, они уставились на меня. Я заметил деревянные рукояти булав, выглядывающие из стриженых кубиков живой изгороди поблизости. Эти двое были вооружены до зубов, насколько дозволено в нижнем городе. Я сразу понял, что они опытные бойцы: шрамы от порезов на руках, твердая осанка, оценивающий взгляд. В свое время они проломили не одну голову.