Книга Эобара, страница 122 – Владимир Орестов

Неоднократно, наблюдая за жизнью лагеря, Эсте ловила себя на мысли, что именно Акула на самом деле является главой экспедиции, а никак не преподавательский состав Университета, и уж точно не многочисленные начальники, которых на объекте насчитывалось человек пять.

Когда она смотрела на Акулу, ей сразу же вспоминались слова Деда, о том, что все сильные маги безумны, но их безумие ничто по сравнению с абсолютно извращенным и вывернутым наизнанку умом безопасников. В глазах Акулы Эсте видела именно это: больной, тёмный ум, искажённое и перевернутое сознание.

— Алое пламя, – добавлял Дед, – это их идея, их выдумка и, в итоге, их вина, чтобы вам не твердили в школе. Только абсолютно безнравственный и циничный разум мог допустить такое. Я отнюдь не очеловечиваю Врагов, но… Алое пламя пришло из здания Управления и все-все об этом знают. Но молчат, потому что безумнее и страшнее людей, Эсте, запомни, нет на этом свете и вряд ли когда-нибудь будет.

Несмотря на то, что в жизни Эсте неоднократно сталкивалась с безопасниками, только встреча с Акулой окончательно подтвердила ей слова деда. Его портрет бы в энциклопедию, - думала она, - и подпись: чрезвычайно опасный, больной ублюдок.

Эсте безумно пугал Акула: его речи, попытки шутить, которые, в сочетании со взглядом безопасника, вызывали только страх и отвращение; непосредственно его глаза; тот страх, который, как она заметила, испытывали по отношению к Акуле даже его собственные коллеги.

И ещё, когда он был рядом с ней, откуда-то явственно начинало нести гнилью.

— Итак, дорогие мои, – начал Акула, тихо, без тени улыбки, внимательно рассматривая, сканируя мёртвыми глазами собравшихся, – вот и настал этот замечательный день! День, которые мы все так долго ждали! Не знаю, как вы, дорогие мои, а я просто мечтаю о том, чтобы наша экспедиция завершилась успехом, грандиозным успехом и наши имена прославились в веках!

Зачем, зачем, ты так разговариваешь, урод? Ты думаешь, что так ты кажешься остроумным?! Ты же знаешь, что ты не смешной. Ты – страшный!– буквально кричала про себя Эсте.

Неожиданно Акула замолчал, немигающим взглядом нашел в толпе Эсте и, словно отвечая на незаданный вопрос, прозвучавший в голове девушки, коротко кивнул. Затем улыбнулся, точнее изогнул сухой тонкий рот в некое подобие улыбки.

Эсте бросило в дрожь.

Акула продолжил:

— Но для успеха экспедиции мы все должны соблюдать простые правила. Я хочу вам ещё раз напомнить их. Ведь согласитесь, будет очень печально, если кто-то из вас по незнанию нарушит один из запретов!

Первое – за сокрытие, попытку выноса, кражи, уничтожения любого предмета из Объекта, вас будут судить как за измену Родине, а с изменниками, как вы знаете, у нас разговор короткий. Я знаю ваши мысли – вы почти все бедные студенты, страна до сих пор разорена после Войны, а на чёрном рынке дадут немало хрустких купюр даже за одну страничку из Второй Библиотеки, – Акула с сокрушённым видом покачал головой, Эсте на секунду показалось, что он сейчас ещё и погрозит им пальчиком.

Серым длинным хищным пальцем с украшенным оккультными знаками ногтем. К счастью, этого не произошло.

Акула повысил голос:

— Даже не думайте об этом! Вспомните замечательные слова из уголовного кодекса: «Расстрел с конфискацией имущества виновного, а также имущества родственников виновного». Вспоминайте их каждый раз, когда в ваши замечательные голову придут подобные лишние мысли и успокаивайте себя тем, что за эти несколько недель вы в любом случае заработаете столько, сколько половина нашей страны видит в третьем сне после второй бутылки! Не желайте лишнего, и ваша жизнь сложится хорошо!