Онлайн книга «Печать безумных. Безымянные»
|
— Отправим с ней кого-нибудь из отряда. Ну… Нария, например. У него-то точно дела в столице будут. — В столицу? Доберутся же до неё… — Хабдир, вот вроде ты мужик умный, а иногда… — Гед постучал костяшками по столу. — Она там училась. Про документы понимаешь? — Ну? — У неё там все… — хаварий нахмурился, пытаясь припомнить нужное слово. — Заметки о том, как училась. Без них ей с самого начала учиться придётся. А так заберёт и может мотать из столицы. Тем более с родичами мужа она вряд ли захочет там общаться. В Санарѝш поедет. Там у её дружка Эдара родичи. Медвежья семья одинокую медведицу с медвежонком без присмотра не оставит. Если что, и перепрячут. — Да резон им како… — Хабдир, поговори-ка ты с Эдаром, — Гед проникновенно посмотрел на вилария. — Лирка у вас молчунья, если и прижмёшь — особо ничего не скажет. — А что такое? — подозрительно прищурился Хабдир. — Она-то, может, и безродная, — уклончиво начал хаварий, — а друзья её — нет. Перегнувшись через стол, Гед хриплым шёпотом добавил: — Вотые ею интересуются. Каждый месяц письма шлют. И знаешь кто? Жена главного жаанидыйского сыскаря Ранха̀ша Во̀того. Я так понял, что учились они вместе. А ещё Руаха̀ш Вотый. Знаешь, кто это? Хабдир отрицательно мотнул головой. — Потряси Эдара, — хаварий даже разочаровался. — Руахаш Вотый — это главный жрец Ваира̀ка в Жаанидые. Виларий почувствовал себя немного растерянным. Вотые — огромная сила в Салее. Могущественные, влиятельные, богатые. И они интересуются их Лиркой⁈ — Ещё и старый консер раз в полгода письмецо присылает, будто я ему давний знакомый, а я в жизни встреч с ним не имел. Спрашивает, как семья, как жена, и наказывает: «Ты присматривай там за нашей Лиркой. Внучка у меня больно сердцем за неё болеет». У Хабдира аж кровь от лица отхлынула. — Старый консер… консер Шѐрех? — опасливо уточнил он и беззвучно застонал, когда хаварий кивнул. — Ты знаешь, не в моих правилах наводить справки о служивых, — продолжил Гед. — И так знаю, что половина — тати первосортные! Хабдир потупился, и хаварий невольно смутился. — Но после первого письма консера уж не удержался. Написал знакомцу в Жаанидый. Тот поспрашивал, но про Лирку нашу почти не говорят. Только и нашёл, что она во время мятежа одиннадцать лет назад кого-то важного спасла. Ходят слухи, что чуть ли не члена правящей семьи… — Да враки! — поморщился виларий. — Консер Шерех тоже просто так интересоваться не будет, — с намёком протянул Гед. — Может, кстати, ваш Ёрих не так уж сильно приврал о её муже… — Ну это точно выдумки! — Тебе-то откуда знать? — насмешливо хмыкнул хаварий. — Она сколько лет у тебя в отряде, а ты о её прежних знакомых только от меня и узнал. Ваша Лирка, если хочешь знать, писем в месяц получает больше, чем весь ваш отряд в год! — Да у нас и читать-то не все умеют! — Ага, — хаварий с таким неодобрением посмотрел на него, будто это был личный просчёт Хабдира, — крестами подписываются. Пусть хоть имена научатся свои выводить, второй век мужикам пошёл! Исешка и Леший… Не так уж и длинно! — Я попрошу Нария, он научит. — Нария с Лиркой отправь. Её теперь главное до Жаанидыя довезти, а там она будет под присмотром куратора Арванского вопроса и своих влиятельных друзей. — Не, — Хабдир нахмурился, — Нария не отправлю. Видный больно. Им бы без большого внимания проехать. Мхяна и Онта отправлю. Мхян ловкий, хитрый и в бой лишний раз не полезет. А Онт оборотень мудрый. Сам не встрянет и им не даст. Сойдут за семейство. Онт — дедушка. Лирка — жена его сына, а Мхян и Ханён — внуки. Скажет, что сыновья на приграничье погибли, вот он невестку и внучат к себе в столицу перевозит. А вот Нария и Ёриха можно на соседние заставы для опыту отправить. Они хоть и не всегда ладят, но работают вместе хоро… |