Книга Печать безумных. Пророчество, страница 79 – Екатерина Гичко

Но Мхян не испугался. Гонца с хорошими вестями не казнят. Протиснувшись внутрь, он, пахнущий потом и пылью, торопливо подошёл и шарахнулся при виде хайнеса. Смутился и сбивчиво прошептал Нарию:

— Леший вернулся. Он лежбище хоёторцев нашёл. И сыскари вместе с нашими уже туда идут.

— Ого, — Риш вмиг повеселел. — Я с вами!

Саврий встревоженно вскинулся, ощутив приближение проблемы.

Согласовывать действия с малознакомыми сыскарями было не очень удобно, да и обстановка — лес домов вместо настоящего Леса — не слишком привычна. Но внутри уже просыпалась память, полузабытые навыки, и Хабдир окидывал выщербленные стены оценивающим взглядом. В прошлом доводилось под началом Мариша города брать, защитные стены разносить и чуть ли не железные ворота в щепу кромсать. А тут всего-то домишка в четыре этажа, свечой торчащий к небу, малость покосившийся от времени и с давно не латаной крышей. Серая штукатурка облупилась, пятнами обнажив красную кирпичную кладку, деревянные рамы окон местами зияли пустотой, а местами были заколочены досками. Судя по истрёпанным занавескам, на первом этаже кто-то жил, но сейчас за мутными слюдяными окнами движения не угадывалось.

Парило. От редких камней — остатков мостовой — тянуло тяжёлым полуденным жаром. Стоящие вокруг дома такие же пристанища для бедноты немного пугали тишиной и безжизненностью. На памяти Хабдира трущобные районы, наоборот, гудели от тоскливо-безнадёжной жизни, а тут…

— Чего здесь так тихо? — полюбопытствовал он у сыскаря, припрятавшегося в тени дома вместе с ним. — Мор какой? Облава? На снос?

— А? — сыскарь взглянул на него с вялым удивлением. — Так взрослые, скорее всего, в работном доме, а ребятишек в школу согнали. Распоряжением хайнеса здесь пару лет назад поставили одну, и стража туда силком ребятню запихивает. По мне, на пустое дело деньги брошены, — оборотень скривился. — У них тут нужда, до знаний ли?

Хабдир не ответил, но согласиться не смог. Нужда, конечно, ставила какой-никакой заработок выше всякой там учёбы, но образованный мальчишка пристроиться в жизни мог лучше. То же умение считать вон как ценилось! Даже больше, чем умение писать.

— Но там их хотя бы кормят, — добавил сыскарь. — Щас вроде и сгонять особо не приходится. Жрать-то всем хочется.

Хабдир поймал обеспокоенный взгляд Онта, который, видать, тревожился по тому же поводу, и спокойно прикрыл глаза, подавая знак, что всё в порядке. Смотрящий и лекарь стояли в самом дальнем закутке двора, в щели между двумя склонившимися друг к другу домами, и дородный Вехна едва ли не намертво закупорил щель собой. В бой они вступать не должны, но если хоёторцы с Доринием прорвутся к этой крысиной лазейке, то пролезть уже не смогут: над головой Вехны стены домов сходились ещё плотнее и там не протиснулся бы даже Мхян.

На коньке крыши дома, который стоял слева от предполагаемого места схрона лазутчиков, на корточках сидели Леший и рыжий молоденький сыскарь щуплого, птичьего телосложения. На кровле дома справа расположились Исешка и уже знакомый Хабдиру черноволосый и бородатый оборотень довольно грузного телосложения, Мѝтих. Они с ним всю прошлую ночь улицы вокруг площади Суда прочёсывали. Он, как и рыжий напарник Лешия, занимал должность мага в сыске. С хоёторскими шаманами, правда, дел никогда не имели, но и шаманы вряд ли знакомы с выучкой столичных магов. На заставе-то больше недоучки.