Книга Печать безумных. Пророчество, страница 299 – Екатерина Гичко

— У кого дерево покупал? — уже строже, без намёка на дружелюбие спросил Риш.

— Так заезжий, — почти в отчаянии прошептал Есеный. — Большая ж ярмарка, со всей Салеи ехали и из ближайших стран. Но по виду наш, салейский. Высокий такой, бородатый. Рыжий. Всякой диковиной торговал, вокруг него наши ремесленные так и толкались. Я эти проклятые полешки едва урвал, — не выдержав, оборотень всё же шмыгнул носом. — Он, наверное, сразу после ярмарки и уехал. Я его с тех пор в торговых рядах ни разу не видал.

Риш помрачнел. Картина вырисовывалась откровенно дурная. У него в городе торгуют хоёторскими вещицами, и сложно угадать, сколько среди горожан есть обладателей внутренних голосов. А если они есть в его ближайшем окружении?

— Запроси описи товаров всех приезжих купцов, которые прибыли на Большую ярмарку, — попросил Риш дядю. — Нужно найти цветное дерево и торговца, который его привёз. И обязательно проверить, нет ли ещё чего-то странного.

Откровенно говоря, хладнокровие удавалось удержать с трудом. Узээриш ощущал себя дареном, который неожиданно понял, что его тысяча попала в ловушку и зажата вражеской армией со всех сторон.

— Уже распорядился.

Риш кивнул и поднялся на ноги. А он пока займётся кое-чем другим. Съездит к источнику ценной хоёторской информации.

— Я вот понять не могу… — Узээриш уже почти вышел из камеры, когда наконец поймал раздражающую его мысль. — Есеный. Имечко редкое. Но почему мне кажется, что я его уже слышал и слышал не так давно?

— Н-не знаю… — узник посмотрел на него с искренней растерянностью.

Ещё немного побуравив его взглядом, хайнес всё же вышел в коридор, но отойдя на пару шагов, замер. В ушах зазвучал басовитый приглушённый голос Тишкана, хозяина «Дремучего Жаанидыя».

«Четыре дня назад обедали здесь Жиш и Есѐный… ну, с ремесленного участка. Есеный жаловался на сына. Из семьи тот утёк. В разлад ушёл. Как на службу к Ры̀шныям поступил, так интересоваться делами государственными стал».

— А ну стой! — резко обернувшись, Риш протиснулся мимо дяди и толкнул дверь в камеру. — Милый мой, а сына у тебя случаем нет?

Оборотень испуганно на него посмотрел.

— Есть, господин. Да только давненько его не видел. Работает он…

— Не у Рышныев ли? — прищурился хайнес.

Есеный изумлённо на него уставился.

— Имя? — потребовал Риш.

— Чьё…

— Сына!

— Рихан, господин.

Риш обернулся к дяде.

— Проверь по спискам, есть ли среди задержанных в доме Рышныев некто Рихан.

— Я и так скажу, — дядя нехорошо прищурился. — Нет.

— Госпожа Жадала, премного благодарен за гостеприимство и нижайше извиняюсь за поздний визит…

Расслабленная и безмятежная Лирка, укачивающая на коленях Миану, насторожилась и вскинула голову.

«О, это ж наш хвыба!»— оживился придремавший Иррес.

Господин Руахаш, уснувший прямо в кресле, дёрнул было головой, но всё же не проснулся. Дочь капризничала весь день, и он жутко устал. Развалившийся на ковре Ханён продолжал блаженно пускать слюни на ворс.

— Не нужно нас никак привечать! Незваные, да ещё и поздние гости недостойны тёплого приёма, — шутил хайнес, а это точно был он. Его бодрый голос Лирка бы ни с кем не спутала. — Тем более я совершенно не заслуживаю вашего расположения, ибо приехал не с визитом, а по делам. Госпожа Лиркаа уже спит? Мне очень срочно нужно с ней переговорить.