Книга Печать безумных. Пророчество, страница 230 – Екатерина Гичко

— Господин! — подбежал запыхавшийся Саврий.

Увидев простёртую ниц Лирку, помощник сперва непонимающе нахмурился, потом попытался подойти ближе, чтобы рассмотреть, на чём она сидит. И Риш, резко повернув в его сторону голову, негодующе заклокотал. Саврий отскочил подальше раньше, чем сообразил зачем, и растерянно заморгал. Риш продолжил клокотать, прищуривая всё сильнее злые жёлтые глаза, и помощник наконец отошёл к самым кустам. Но его присутствие всё равно раздражало хайнеса. Тот нет-нет, но взглянет на него настороженно-злым птичьим взглядом и негодующе заклекочет.

Хватит ему и одного соперника.

Сейчас Риш не вспоминал, что Саврий счастливо женат и не собирается утаскивать его самочку в свою нору.

Какая она всё-таки бедовая! Привлекает к себе плохих мужчин и сама себя не бережёт. Её надо защищать. Спрятать в безопасное и сухое место, где она сможет спокойно зализать свои раны и отлежаться в стороне от докучливого внимания и… Риш тряхнул головой, пытаясь прийти в себя.

Первая разумная мысль была о гнезде. Пока разъярённый сов подбрасывал изображения пустого гнезда, которое давным-давно — по его птичьему мнению — ждёт черноглазую птичку, Риш старался удержать от соблазна взвалить идиотку на плечо и исполнить данное когда-то обещание. Вот же! Он ещё и обещал! Это только усиливало соблазн поддаться сову и утрамбовать безголовую в самое безопасное место.

Только вот в гнездо сажают будущих жён. Лирка ему нравилась… как же сильно нравилась! Но жениться… Нет, он не был уверен, что готов сделать такой шаг в сторону очень привлекательной, соблазнительно нежной, слабой и совершенно беспомощной, когда дело касалось собственной безопасности, птички Каи. При кажущейся простоте и наивности, она оставалась совсем непонятной. Если он сейчас не сдержится и посадит её в гнездо, а потом всё закончится, никак не продолжившись, слухи и сплетни испортят ей жизнь.

Но когти впивались в ладони до крови от нестерпимого желания стащить глупую с чужого тела… Так! Она ещё и на мужчине сидит!!!

— Слезь, — страшным, не своим голосом сквозь зубы процедил Риш.

Лирка опасливо приподняла голову и замерла, смотря на него как притаившаяся под кустом мышь на хищника.

— Живо сойди с тела, — монотонно, будто маскируясь под шелест листы, доходчивее объяснил Саврий требование господина.

Женщина торопливо слезла и встала коленями на землю. Мокрую и холодную.

Сов будто долбанул Риша изнутри клювом по мозгам. Сухое и тёплое место, им нужно сухое и тёплое место…

«Ругался бы хоть,— опасливо протянул Иррес. — Наэш, может с ним поговорить? Давай ты. Ты у нас деликатный. Чего он… та̀к злится? Пусть злится как обычно».

Лирка была полностью согласна с Ирресом. Лучше бы Сильнейший ругался, честное слово! От такого его взгляда дыхание спирало и внизу живота… Внизу живота теплело.

— Мама! — вздрогнув, женщина вскинула взгляд и увидела бегущего к ней сына.

Страх перед хайнесом мигом притупился, Лирка даже на секунду забыла о нём и строго нахмурилась.

— Почему босиком?

Ханён замер и воровато посмотрел по сторонам, почёсывая пятку о пятку.

— Ему можно, а мне нет? — нашёлся мальчишка, увидев, что и хайнес бос.

Но испуганно осёкся, когда Сильнейший медленно повернул голову и уставился на него прищуренным взглядом. Тут уж Ханён своим внутренним детским чутьём понял: с этим дядей лучше не спорить.