Книга Печать безумных. Пророчество, страница 190 – Екатерина Гичко

А-ара похолодела.

Всё это время муж не смотрел на неё, предпочитая объятия других жён. Прислушался к старшей жене, которая просила дать А-аре время восстановиться после родов и тяжёлой болезни. Но теперь-то она здорова, и нет никаких причин избегать мужнего ложа. Только… Девушка судорожно сжала руку на груди, нащупывая пальцами вещицу, которую нашла прошлой ночью в одной из папиных картинок. Та прилипла к коже и никак не хотела отставать, и А-ара чувствовала, что грядёт нечто ужасное, если муж прознает. Вряд ли бы отец спрятал так хитро какую-то побрякушку. После гибели Арван-Ё к отцу часто наведывались, порой довольно грубо обыскивали их жилище. И А-ара всей душой подозревала, что случайно отыскала то, что пытались найти те грубые мужчины.

Запнувшись о камешек, девушка вскрикнула и опрокинула кувшин наземь. Тот чудом не раскололся, а стоящий рядом оборотень с руганью отскочил. На неё с раздражением посмотрели другие, но быстро вернули внимание разгоравшемуся у шатра жреца дележу.

Отряхнув вымоченный подол, А-ара подобрала кувшин и вновь пошла к реке, но завернула в другую сторону, чтобы уж точно не пересечься с Ли-риан-си. Пришлось пройти довольно далеко, но зато вышла она к месту, где вода прыгала и скакала по камням. Воровато осмотревшись, девушка по торчавшим над поверхностью булыжникам отошла подальше от берега, опустила мешавший кувшин в воду и, зажмурившись, бросилась на каменистое мелководье, вспененное бурлящей водой.

Лоа решительно шла по лагерю скаана-са, выискивая давнюю подругу. Перед глазами продолжала стоять сцена перед шатром погибшего жреца хуани-са, где перед входом с самым решительным видом стояла его старшая жена, не желавшая пускать внутрь его же сыновей. Боролась ли она за добро или за разрушавшуюся жизнь? Глядя на неё, Лоа вдруг очень ясно осознала, какой опасности подвергает собственных дочерей. Какой ужасной безответственностью веет от её нерешительности!

Ведь если муж погибнет, что станет с ними? Нота-са не позволят ей жить так, как она хочет. Ей не позволят и просто уехать, а в чужом — до сих пор чужом поселении — у неё нет поддержки и опоры, кроме мужа. Она не справится в одиночку против закостенелого в старых традициях мира. Собственная судьба Лоа мало волновала, но что сделают с её девочками? Отдадут в жёны тем, кто первыми успеют попросить их себе?

— Лоа?

Женщина резко обернулась на зов подруги и так посмотрела на неё, что той сразу всё стало ясно. Радостная и в то же время злая улыбка искривила губы Тиа.

— Пройдём в мой шатёр, Лоа-ри, — она протянула подруге руку.

До шатра А-ара едва добрела, волоча за собой полупустой кувшин. Увидев её, вытряхивающая коврики То-нии ахнула в ужасе.

— Госпожа мать! Идите сюда! Быстрее!

Вслед за И-тона наружу выскочили ещё две жены, подумавшие, что это Хо-ёта возвращается. Но увидев, мокрую, с ободранным лицом А-ару, которая едва шла и, болезненно кривясь, прижимала к груди правую руку, они испуганно загомонили и начали судорожно осматриваться.

— Всемилостивые Господа, кто тебя так, А-ара? — жалостливо спросила И-еха̀, молоденькая светловолосая женщина.

— Чужак! Верно, что чужак! — решительно заявила И-роа̀, младшая сестра И-еха. Их обеих Хо-ёта взял в жёны в счёт уплаты старого долга.