Книга Печать безумных. Пророчество, страница 119 – Екатерина Гичко

Потому что она тоже была в плохом настроении.

Разговор-признание дался весьма трудно. Нарий напирал, Ёрих и Исешка, пережив первый приступ изумления, тоже наседали и не давали расслабиться. Лирка прокручивала ночную беседу в голове уже раз десятый, старательно вспоминая, как и в какие моменты врала. Всё же не могла она сказать правду полностью. Раскрыть её — значит раскрыть и некоторые государственные тайны, которыми когда-то поделился по необходимости господин Иерхарид. Упоминать же об истинном происхождении Ирреса и господина Наэша и вовсе не стоило. Один — дух из Хоётора, бывший Господин Арван-Ё, второй — член правящей семьи. Если это раскроется, для друзей оправданием хотя бы послужит, что они не знали правду.

Она сказала лишь часть истины. Призналась, что одиннадцать лет назад в неё попал зверь, созданный заговорщиками. Этакая химера, состоящая из духа низшего порядка — причина плохого настроения Ирреса — и убитого мага, жившего когда-то в южных провинциях Салеи. Они сами жертвы заговорщиков, но вряд ли бы кто-то благосклонно посмотрел на их существование, и Лирка предпочла скрыться, чтобы не стать объектом наблюдений.

Нарий ругался так зло и страшно, что Ёрих и Исешка не смели перебивать, опасаясь, что перепадёт и им. Всё же перепало, когда вредитель наконец высказал своё удивление и перешёл к описанию изумления и разочарования, что они — товарищи Лирки — за столько лет ничего странного не заметили. Впрочем, Нарий и себя не пощадил.

Как ты умудрялась… Нет, я не понимаю, как тебе удавалось делать вид, что всё нормально⁈ — недоумевал вредитель.

— На заставе было несложно, — пожала плечами Лирка. — Я приехала туда уже… с ним. А так как меня никто не знал, то никто не мог и сказать, как я должна на самом деле себя вести.

— Эдар знал! — с внезапным озарением уставился на неё Нарий.

Лирка лишь закусила губу.

В итоге всю наливку выпил Нарий, да и половину пирожных съел он же. К концу он выглядел таким расстроенным и разбитым, что даже насмешник Ёрих пожалел его. Собственно, что они могли сделать? Да и надо ли было? Только постараться, чтобы ситуаций, подобных этой, когда к ней ночью залез хайнес, больше не было. А так… Она столько лет уже живёт с «соседом» и помощь ей не требовалась.

— Лучше бы мы в экипаже поехали, — проворчал Леший, которого отрядили сегодня присматривать за ней.

Да, Нарий и виларий решили, что за даной рода надо лучше смотреть. А то желающих повидаться с ней больно много. За ней продолжала следовать невидимая охрана Вотых, но случай на площади Суда показал, что и они не всесильны. От охраны освободили только Онта и Мхяна — слишком стар и слишком молод — и Исешку, за которым тоже присматривать нужно.

— Больно приметно, — поморщилась Лирка и сильнее надвинула капюшон на глаза.

Ночной визит хайнеса крепко встревожил её, и женщина решила прогуляться до храма Ваирака, пока сын выслеживает ящериц в саду. Близился полдень и, следовательно, полуденная служба, так что господин Руахаш должен был быть в храме.

«Зато быстро и не так жарко!— поддержал Лешия Иррес. — Да и что тебе святоша скажет? Опять какую-то закорючку нарисует, но теперь на лбу?»

Хотя бы успокоит. Может быть.

Лирка бы была более спокойна, знай, что хайнес полез к ней из-за каких-то личных подозрений. Он-то знает, что к ней в голову может кто-то явиться. Но что-то заметил господин Мариш. Похоже, она слишком привыкла к свободе на Харинской заставе, где на странности её поведения никто особого внимания не обращал.