Книга Печать Безумных. Белое и Чёрное, страница 20 – Екатерина Гичко

— Я должен всё на свете знать? — недовольно оскалился он. — Никогда их не видел, ничего про них не слышал. Может, местные Господа развлекались и сотворили что-то. Здешнее зверьё спарилось между собой и родилось нечто новое. Или вообще из-за границы припёрлось! Ноги уносить надо, пока местные не пришли или пока вы тут все по кустам не расселись после купания. Вот слава-то о вас пойдёт! Отряд засранцев! Лирка, я с тобой этот момент переживать не буду!

Пламенную речь духа прервал яростный рык дракона. Из светящихся кустов выскочила пара юрких крылатых тварей, но почти сразу вслед за ними высунулась драконья башка. Ухватив два хвоста разом, ящера утянул верещащих зверушек обратно в кусты и пару мгновений спустя окрестности огласил его торжествующий рык, а в небо взмыла струя огня.

— Хотя Булыган очистит вашу репутацию в глазах местных, — насмешливо скривился Иррес.

Иррес ещё немного поворчал и понасмешничал, но всё же поделился с Лиркой лечебными силами, а та уже дала чуть-чуть своей крови искупавшимся. Но в небо они не поднялись. Злой Булыган рвался на поиски крылатых тварей, и сидеть на нём мог только привычный к драконьим капризам всадник.

— Он так-то спокойный, — уверял наездник, — просто терпеть соперничества не может. Самец же!

Пришлось устраиваться на ночлег в Лесу в саженях трёхстах от болот с подветренной стороны. Благо ночью никто к ним не пришёл. Видимо, громогласные рыки Булыгана и выпускаемые им столбы огня отпугнули местных. Может, они даже решили, что проснулось древнее болотное зло. А через несколько дней, если осмелятся осмотреть местность, и вовсе в этом уверятся.

Крылатых тварей тоже больше не было, Булыган разогнал всех «соперников». Лирка осмотрела одно потоптанное драконом животное. То действительно довольно сильно походило на ящера, только более щуплого и худощавого. Между огромными кожистыми крыльями болталось жилистое тело столь тощее, что было неприятно смотреть. Но продолговатая морда определённо походила на драконью. Лирка хотела ещё отщипнуть немного чешуи, чтобы потом как следует изучить, но хайнес оттащил её от трупа едва ли не за шиворот.

— Он может быть ядовитым или не до конца мёртвым! — возмущался Риш.

В смерти ящера Лирка была уверена, а замечание про яд ещё более раззадорило исследовательский интерес. Но хайнес слишком нервничал и злился, так что пришлось ограничиться бурдюком с болотной водой и зарисовкой подводного города в книжицу, которая, к счастью, лежала в вещевом мешке, а мешок мотался на спине дракона сухости и относительной безопасности.

К утру Булыган наконец успокоился и вновь преисполнился презрительного достоинства. И если привычные к молчанию охранители только мрачно на него посмотрели, то Исешка с Ирресом высказались за всех.

— Терпеть не могу драконов! — завершил свою пламенную и не очень приличную речь Исешка. — Никогда не знаешь, чего от них ждать. А ведь дорогие зверюги, сколько корма жрут! Сколько сил и денег на выучку нужно… А я вот сколько ни свищу, меня через раз слушаются.

— Так свистеть тоже надо уметь, — осадил его всадник. — Вон, у Лирки медвежьи уши[1], так она и не лезет к драконьей голове.

— Ага, не лезет! — вскинулся Исешка. — Ты забыл, как года три назад хоёторцы нам всадника пристрелили, когда мы на заставу летели, а на его место Лирка села? Ёрих поклялся, что, если она опять поводья в руки возьмёт, он лучше сразу на землю спрыгнет. Ноги переломает, но, может, хоть живой выползет!