Онлайн книга «И.Н. РО.: Кодекс некроманта»
|
Над ним смеются. Над ним издеваются. Но он не слышит никого вокруг. Только голос, который зовёт его, и обещает, что однажды найдется способ вернуть её. «Леон». Он поднимает голову. Вокруг никого. Библиотека пуста и темна, и лампа горит только за тем столом, где он работает. «Я не отступлю, мама» «Леон». Глава 24 — Я пойду за ним, — сказала Милица. — Нет. Каспар Лихт впервые за все свое призрачное существование позабыл о Канте и был настроен весьма решительно. — Я войду в его сон. Можно попытаться вывести Леона, вернуть его. — Вы не понимаете, что говорите, — призрачное лицо Каспара стало бледнеть, сделалось почти белым, и в глазах мелькнул страх. — Войти в сон, в который вторгся Ндоло, — это не то же самое, что войти в обычный сон. Это ловушка. Он только и поджидает вас. Он будет использовать ваши страхи, ваши сомнения, вашу любовь — всё, что у вас есть. Вы можете застрять там навсегда. Вы можете никогда не вернуться. И не поможете уже никому. Милица, одумайтесь! — Но я не могу сидеть здесь и ждать, пока он умрёт! — Он не умрёт. Он просто останется там. Навсегда. Будет призраком сна… Знаете, фройляйн, я тоже поначалу был растерян, когда оказался в таком положении. Но потом осознал все его преимущества и… — Герр Лихт, — прошипела Милица, — замолчите! Или я найду способ, чтобы вы осознали все минусы вашего положения! Каспар осуждающе посмотрел на неё. И вздохнул. — Вы не сможете сделать это одна, — сказал он. — Вам нужен якорь. Тот, кто будет держать вас в реальности. Назовите мне хоть одного некроманта, который осилит подобное! Учитывая, что это не сон, а проклятие! Милица, это безумие. — А вы не знаете, случайно… — робко начала Милица. — Герр профессор ведь занимался ко всему прочему и нашей экзистенциальной случайностью. И его особенностями… Каспар фыркнул. Но Милица отмахнулась: — А что если… помните, что Леон говорил о Пикселе? — Его предположения, — наставительно произнес призрак-философ. — Предположения, фройляйн. Вы знаете, что такое «предположение»? И Каспар замолчал. Его призрачные пальцы дрожали — как всегда, когда он думал, что никто не видит. — Пиксель, — повторил он. — Кот, который открывает порталы, когда ему вздумается. Кот, который легализован как «экзистенциальная случайность». Кот, который сейчас, кстати, где-то бродит. Да, герр Веласкес предполагал его умение быть «якорем»… но… Милица подняла голову. Она посмотрела вокруг. В лаборантской было тихо. Пиксель последние несколько часов, после того, как похвастался новым зомби-мышкой, созданной самостоятельно, открыл портал и исчез. Его нигде не было. — А вы не знаете, где он? — спросила Милица. — Я не знаю, — пробурчал Каспар. Он был раздосадован, что не первым додумался до возможности использования несносного кота для путешествия в сон-проклятие. А ведь это действительно могло сработать! — Я не слежу за котом. Это ниже моего достоинства. — Я должна попытаться, — твердо сказала девушка. — Но где Ида вы ведь знаете? Позовите ее, пожалуйста. Милица сидела, закрыв глаза. Ила стояла рядом, держала в руках сферу с развалившемся у синего гриба Пикселем, порывалась сказать и замолкала, так и не издав ни звука. Мышка-зомби сидела на грибе, как маленький серый наездник, и её чёрные бусинки глаз смотрели в пространство с тем особенным вниманием, которое бывает только у зомби. |