Онлайн книга «И.Н. РО.: Кодекс некроманта»
|
Леон хотел было оглянуться — найти источник звука. Но не смог. «Ты так вырос, сын. Стал совсем взрослым. А я все пропустил». «Я должен был прийти», — сказал Леон. «Ты пришёл» «Я должен понять, что случилось. Почему я ношу твоё проклятие. Я не могу жить. Я… » «Ты… » Отец попытался улыбнуться — но не мог. Улыбка осталась незаметной. Губы дрогнули, но не сложились в нужную форму. «Я не хотел этого, сын. Я никогда не хотел, чтобы ты страдал. Я просто… я хотел знать. Я хотел понять, как работает та магия. Магия снов, магия смерти. Я думал, что смогу её контролировать». «Ты приехал в Африку, — сказал Леон. — Ты хотел изучить их ритуалы. Я знаю. Я помню». «Да, — отец кивнул. — Я приехал туда, чтобы учиться. Я давал им золото, артефакты, я уважал их обычаи. Они позволили мне войти в святилище. Я не крал их свитки, я просто смотрел на них. Но когда начался пожар, я вытащил их из огня. Всё, что мог. Один из них, маленький обрывок… я положил его в карман, чтобы сохранить. Я не знал, что это — часть договора. И теперь он ищет. Он путает сны и явь и ищет белого, осмелившегося помешать его снам». «Кто, отец? Как его имя?» «Ндоло. Тот, кто охраняет сны. Без этого обрывка он не может отличать сны живых от снов мёртвых. Всё смешивается. Он не видит разницы. И теперь он наказывает всех, кто связан с этим. Тебя. Он не видит разницы. В меня его дыхание уже проникло, но он не получил желаемое. Ему все равно, что ты не был в Африке. Ему важно получить договор». Леон сжал трость сильнее. «Как я могу это исправить?» Отец покачал головой. «Ты не можешь это исправить, сын. Ндоло должен получить свой договор». «Но ты можешь сказать мне, как спастись, — сказал Леон. — Как снять проклятие». Отец поднял на него глаза. «В Аликанте, — сказал он. — Помнишь наш старый дом? И море, которое пело по ночам. И рассветные сны. Верни сны Ндоло, и он отпустит тебя. Пока проклятие не забрало тебя полностью». «Что вернуть? Что он ищет? Отец, я верну, — сказал Леон. — Я найду. И тогда проклятие уйдет и от тебя? Ты… ты вернешься?» «Я не вернусь. Я умер. Я сам стал сном и смертью, которые изучал столько веков… Завеса сожрала меня, сын. Я так сожалею. Я оставил тебя одного, я не смогу…» «Я справлюсь». «Я знаю, — сказал отец. — Ты всегда был сильным, как твоя мать. Прости меня». «За что?» «Я оставил тебя одного. Я предал тебя. Не смог защитить. И никогда не говорил, что люблю тебя». Леон хотел ответить и не смог. «Я должен был сказать тебе это давно. Но я боялся. Я всегда боялся, что ты не услышишь. Что ты не поверишь. Возьми. И прости». Он протянул руку. Леон схватил её — и почувствовал холод. «Теперь иди, — сказал отец. — И не оборачивайся». Леон кивнул. В ладони остался серый сгусток тумана, текучий, но странно тяжелый. Он не знал, что сказать. Он просто повернулся и пошёл обратно, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее и быстрее. И не обернулся. За спиной остался холод. И голос отца, который исчезал вместе с серым туманом. «Ты должен идти. Не останавливайся. Я проклят. Ндоло». Леон шёл, не оглядываясь. Диспут №2 «О воскрешении, этике и философии зомби: к вопросу о посмертной субъектности и границах инструментального использования останков» (Библиотека ЛОГОСа, полдень. Альтманн сидит за столом, разложив перед собой несколько древних фолиантов, — он пришёл проверить, как Ида осваивает этическую литературу. Каспар парит над кафедрой, сложив руки на груди, и смотрит на него с выражением снисходительного превосходства. Ида сидит в кресле с Пикселем на коленях и старательно делает вид, что читает трактат, хотя на самом деле подслушивает их спор. Пиксель тоже делает вид, что спит) |