Книга Вкус проклятья, страница 4 – Ольга Шерстобитова

Разве так бывает? Так хорошо и сладко… почти до крика. Особенно с тем, кого всей душой ненавидишь?

— Хорошо хоть не под аркой Ларинель, – раздался спокойный голос отца.

И я, вздрогнув, выпуталась из объятий Гарзанела. Все еще ошарашенная произошедшим, ничего не соображающая, поймала взгляд папы, который обнимал маму за плечу. Мои родители стояли в двух шагах от нас, одетые в бальные наряды алого цвета. У мамы была слегка потрепанная прическа, а у отца помялся край камзола. Кажется, понимаю, почему он сразу не откликнулся. Мама смущенно улыбнулась и тут же встревожено посмотрела на меня. Отец покачал головой, задумчиво рассматривая коридор. Ледяная мгла уже бесследно исчезла.

— Так ты поэтому хочешь выдать ее замуж? – вдруг спросил дроу, скидывая камзол и накидывая его на мои плечи. – Потому что Лилея не может контролировать собственную проснувшуюся магию?

В его голосе звучала злость и ярость, а я решительно не знала, куда деться. Отец посмотрел на накинутый на мои плечи камзол, уставился в глаза Гарзанелу, приподнял брови и хмыкнул.

Ох, как хотелось узнать, что же он прочитал в мыслях Гаразанела! Я же умру от любопытства! Но просить рассказать об этом отца бесполезно. Подобным он ни с кем не делится, считая необходимым хранить чужие тайны.

Наконец, оглядел меня с ног до головы, поймал мой виноватый взгляд.

— Прости, наша радость, но ему придется сказать правду.

— Зачем? – возмутилась я, чувствуя, как пылают щеки.

— Кое-кто жаждет вызвать меня на поединок и доказать, что я не имею право обращаться с родной дочерью так по-варварски.

— Как? – глупо переспросила я.

— Это выдать тебя замуж против воли за того, кого посчитаю подходящей кандидатурой.

— Глупость какая! – возмутилась я и вдруг поняла, что если так думают не все, кто в замке собрался, то я удивлюсь.

Со стороны ведь все выглядело именно так, как только поведал отец. Твою ж… ароматные розы! И правду рассказать мы почти никому не можем! Ее и мои родители бы не узнали, если бы отец не умел читать мысли. Проклятье – оно на то и проклятие, что о нем никому особо не расскажешь.

— Андриан, – зло прошипел Гарзанел, – мое терпение на исходе.

— У Лилеи два таланта – поиск древних проклятых артефактов и снежная магия, о которой пока что знают… не все.

Это да… Мы сказали самым близким, и не смогли оставить в стороне преподавателей Академии Магических Талантов.

— И усмирить его позволяет только огонь любви, как было в твоем случае, так?

Мама с отцом переглянулись, я нахмурилась, потому что впервые о подобном способе слышала.

— Дар можно научиться контролировать и без этого, – ответил мой папа. – Просто нужно много время, которого у нас, увы, нет. Три недели назад Лилея нашла браслет с проклятием Кары.

Гарзанел помрачнел, а потом совсем тихо уточнил, не сводя с меня глаз:

— Что за проклятие?

— Либо наша дочь…

— Отец, нет! – выпалила я, понимая, что скорее умру, чем позволю ему рассказать дроу правду.

Слишком унизительно и стыдно, слишком… горят щеки, когда он просто на меня смотрит. Да я кому угодно готова рассказать о своих неприятностях, лишь бы не несносному Гарзанелу!

И все сразу же уставились на меня, краснеющую и желающую провалиться сквозь землю.

— Я имею право решать, кому знать правду, а кому – нет.