Книга Почем нынче русалки, страница 106 – Ольга Шерстобитова

— Мне просто немного тоскливо, - сказала я, всматриваясь в дорогие мне лица.

Так вот бывает. Людей, которых ты знал всю жизнь, не считаешь близкими, а близкими становятся случайные люди, которые тебе помогли, поддержали, постарались понять... странная штука жизнь.

— Ари, почему ты не хочешь сказать нам в чем дело? Неужели мы не заслуживаем твоего доверия? - спросил Аран мягко, касаясь моего лица светом своих сапфировых глаз.

От этой непроизвольной нежности у меня слезы набежали на глаза, и неожиданно захотелось петь.

— Аран, научи меня еще какой-нибудь песне, которую поют эльфы, - попросила я, силясь сдержаться.

Аран переглянулся с Лиром, кивнул и запел. Песня была красивой, словно вода журчала в роднике, и я невольно улыбнулась, когда эльф закончил петь, а потом запела эту песню сама. Мелодия и слова дались мне легко, видимо, действительно, как и предполагал Лир, действовали способности сирены. Глаза Арана смотрели на меня с нежностью, Лир по-прежнему обнимал за плечи, касаясь легонько пальцами моих волос, нечисть выглядела, как пьяная. А когда я закончила, поняла, что мне этого мало, сосредоточилась и запела снова.

Песня, как часто это у меня бывает, взялась из ниоткуда, слова и мелодия спокойно наполнили воздух вокруг переливами. Я пела о звездах и о море, о том, как они нужны друг другу, о том, что им никогда не встретиться, если только звезда, умирая, не попадет в волны. Это была очень красивая песня, трепетная.

А потом, когда она закончилась, появилась другая - о тоске по морю. Я пела, чувствуя, что ком внутри меня, тает, пусть немного, но расплавляется. Пела, не замечая ничего вокруг, мне казалось, что я сама была песней на тот момент. Легкой, несущейся, словно ветер, та, что бежит к морским волнам, раскрывая объятья. И весь мир на мгновение для меня растворился.

Когда я закончила, возле костра стояла мертвая тишина. Я вгляделась в сапфировые глаза Арана, взгляд которых был непонятен. Развернулась к Лиру и столкнулась с темным серебром его глаз. Он был смят, растерян и ...очарован.

— Ты увидишь море, Ари. Я тебе обещаю, - сказал он неожиданно, вглядываясь в меня.

На этот раз поцелуй, который он мне подарил, был мягким и нежным, словно он смирился. Окончательно смирился с тем, что я - русалка.

— Я люблю тебя, - сказала я ему, тая, как мед на солнце.

Его взгляд стал теплым. Пальцы осторожно погладили меня по щеке. И эти невинные ласки сводили меня с ума. Видимо, Лир это понял, улыбнулся мне легко и весело.

— Я вот тут подумала, - сказала я осторожно. - Если моя магия сильна в воде, я, ведь могу взять вас с собой полет. Если вы будете держать меня за руки, то вам станут доступны мои мысли и эмоции.

Лица эльфа и мага стали непередаваемыми.

— Я хочу, - сказал Аран сразу же.

— Как мы сможем продержаться столько под водой? - спросил Лир, удивленно смотря на меня.

— Магия русалок, Лир. Сможем, кроме того, лимфил поможет защитить нас, если что. Он не допустит, чтобы с Ариадной что-то случилось, - сказал эльф.

Лир кивнул, снова мне улыбнулся. Неподражаемый мой! Знал бы ты, как твоя улыбка на меня действует.

Мы встали на рассвете, и пошли к озеру. Я подождала, когда ребята разденутся, смотря на воду и на лимфила, который сразу же стал маленькой янтарной рыбкой и резвился в нетерпении. Он тоже хотел со мной в полет. Руки Лира и Арана легли на мои локти с двух сторон одновременно, словно спрашивая, не передумала ли я. Улыбнулась им обоим. Какие же они сомневающиеся, несмотря на то, что оба сильные маги.