Книга Почем нынче русалки, страница 102 – Ольга Шерстобитова

Я бы успокоилась, обрадовавшись, что Лир никогда... Но слово желал рушило все, меняя смысл сказанного. Иногда ведь мне и, правда, чувствовалось, что Лир относится ко мне как к собственности.

— Аран, если ситуация сложится так, что я захочу уйти, ты мне поможешь, даже не смотря на мнение Лира?

Эльф удивленно поднял на меня глаза.

— А ты уверена, что захочешь?

— Да, - ответила я тихо.

— А что сможешь?

— Не знаю, - честно сказала я. - Так ты поможешь?

Я не собиралась становиться чьей-то игрушкой, как бы не любила, как бы не хотела быть с Лиром. Аран меня поймет, у него тоже есть сестра, которая могла бы оказаться на моем месте. Пусть чисто гипотетически.

— Да. Сделаю все, что от меня зависит, все, что смогу. Мою клятву верности тебе никто не отменял. Даже, если Лир меня прикончит. Хотя я бы и без клятвы тебе помог, Ари.

— Надеюсь, до этого не дойдет, - сказала я.

Мне было очень важно, что Аран согласился.

— Я тоже надеюсь, Ари. Просто считаю, что ты должна все это знать.

— Спасибо.

Что верно, то верно, а то уж больно сильно Лир меня от всего уберегает. А потом - как обухом по голове получится.

— Лир поэтому говорил, что может причинить мне боль и страдания? - спросила я Арана?

Эльф внимательно посмотрел на меня.

— Думаю, что да, Ари, поэтому. Он долго не решался признаться даже самому себе, что влюбился в русалку. А когда понял, что это еще и амор-алите во всей красе, то вообще растерялся. Еще бы! Непоколебимый самоуверенный двухсотлетний темный маг, который наделен большой силой, а любит какую-то девчонку, - засмеялся эльф.

— Ему двести лет? - спросила я удивленно.

— Ага. И его, как мага, очень многие бояться. А тебе с самого начала на это было плевать. Вот он удивлялся этому.

Я неопределенно хмыкнула.

— А как понять, что это именно амор-алите? - спросила я, проигнорировав то, что я Лира не боялась.

Боялась. Еще как. Особенно в начале нашего знакомства.

— Это отрицать свою потребность в человеке и неудержимо к нему тянуться, Ари. Ненавидеть себя за то, что сжигает тебя внутри, и проклинать все на свете, не смея ненавидеть и проклинать ту, что любишь. И сходить с ума, если возлюбленной нет рядом. Это, как наркотик, необъяснимая немыслимая тяга, потребность, как дышать воздухом, - сказал эльф.

— И когда он это понял? - спросила я, протягивая руки к костру.

— Когда ты уплыла от нас. Он чуть не сошел с ума. И я сразу понял, что это не интрижка и не игра с его стороны.

— Игра?

Эльф хмыкнул.

— У него так много было женщин? - спросила я, чувствуя, что готова разнести весь лес.

— Этот вопрос задай ему, Ари, - усмехнулся Аран, наблюдая за моим непроницаемым лицом и бешеными глазами.

— Когда ты это понял, то отступился от меня, да?

— Да, Ари. А еще, ты прости, но я надеялся, что если ты влюбишься в меня, то все пойдет нормально, как задумывалось. Силадерь - моя сестра, напоминаю тебе. Она итак бы страдала от того, что вынуждена жить с Лиром вдалеке от Сирина, а тут бы еще его дайари была рядом. Женщинам-то официальных фаворитов заводить нельзя.

Вот она, несправедливость во всей красе. Чтоб вас всех, кто это придумал...

— А обо мне и о моих чувствах ты не подумал, Аран, да? Даже, несмотря на то, что я тебе жизнь спасла?

— Прости, Ари. Тогда я был не прав. Я признаю, что виноват. Прости. Я тебя совсем не знал, и вел себя, как эгоистичный болван.