Онлайн книга «Заклятие»
|
Зато моя суженая ожила и заметно повеселела. Смотрел на нее и не мог налюбоваться. Засиделась, видимо, в избушке и теперь, как ребенок, радовалась всему, что видела. Пусть это даже бесконечные косматые елки и рассыпанные гроздья рябины, над которыми щебечут воробьи. Когда мы попали на ярмарку, я взял Ядвигу за руку. Ей нравилось тут абсолютно все: и шумные скоморохи, сыпавшие шутками, и сказитель, что лениво перебирал струны домры, и даже сам запах – сена, пирогов с яблоками и капустой, свежего хлеба. Веселая, раскрасневшаяся, подшучивающая над незадачливыми торговцами… Такой я девушку не знал. Пока она выбирала чугунную сковородку и котелок (к старому намертво прилипла овсянка, которую не удавалось даже соскрести ножом), я купил лазоревые бусы и резную шкатулку. Вернулся в тот самый момент, когда суженая уже сторговалась на тарелки с ножами, сбавив цену в два раза. Я только усмехнулся, пряча все наше богатство в мешок. Когда с посудой было покончено, перекусили и отправились за тканями. Ядвига оглядывалась, иногда хмурилась. Я понимал, что она тревожится: стражи на ярмарке полно, вглядывались в лица, искали младшую царевну. Но никто не мог разглядеть в старушке, крепко державшейся за мою руку, красной девицы. Я ободряюще сжал ее ладонь, улыбнулся. Ядвига даже не представляла, насколько стала другой за эти дни. Свободной какой-то, что ли… Да я, даже если бы и захотел, не увидел бы теперь в ней старушки. И смешная такая, когда трет нос рукавом и прищуривается, как старый ворон, что жил у моего отца в комнате. От блеклых сарафанов я ее отговорил. Ядвига как-то странно на меня косилась, когда я предложил взять взамен расшитые лазоревыми цветами и рубашки выбрал получше. Пожала плечами, отвернулась к цветным платкам да пуховым рукавицам, а я быстро расплатился и спрятал одежду в мешок. Едва с необходимыми покупками было закончено, мы поели пирогов, запивая сбитнем, посмотрели на представление заезжих артистов и отправились обратно. Темнело рано, и до самого леса было видно, как сверкает огнями ярмарка, и слышно, как звучит на ней звонкая песня бродячих цыган. Ядвига была задумчивой, немного уставшей, но улыбка изредка касалась ее глаз. Я не знал, о чем она думала, мне было достаточно того, что можно держать ее за руку и идти по лесу, разгоняя сумрак. Умиротворенные, сладкие мгновения, когда все кажется таким правильным и надежным. Отец однажды сказал, что счастье – это словно солнечный луч. Видишь, чувствуешь, но поймать… Такое даже чародеям не под силу. А я же… Я держал этот солнечный луч за руку, вдыхал в холодной ночи аромат волос, пахнущих яблоком, диким медом, лесом, и верил в невозможное счастье. Ядвига. Я покосилась на мухомор, красная шляпка которого выглядывала из-за трухлявого пня. Вздохнула. Сегодня впервые решили с Дмитрием отправиться в лес вместе: он поохотиться, а я грибы собирать. Что еще делать старушке, вроде меня, в лесу? Сезон ягод и трав прошел, только клюква алеет алыми каплями в топях да изредка встречается дикий шиповник. Почти облетел, осыпался на землю. Я потрогала подаренные Дмитрием бусы, улыбнулась и с тоской посмотрела на пару подосиновиков, что сиротливо лежали в корзине, прислушалась. Странное чувство. Вроде бы все хорошо, вокруг привычный лес, но как-то тревожно. Даже на ярмарке, с которой мы вернулись пару дней назад, я чувствовала себе лучше. И потемнело как-то… |