Книга Академия волков. Темная кровь, страница 75 – Ульяна Соболева

Два способа умереть.

— Прежде чем ты скажешь, — Кайр поднял руку, останавливая, — я хочу кое-что сказать.

Он шагнул ближе. Зелёные глаза встретили мои.

— Я люблю тебя, АлАя. Больше, чем думал, что способен любить. Ты сделала меня лучше. Дала надежду на искупление после той ночи восемь лет назад.

Голос дрогнул.

— Но я также понимаю, если ты не можешь выбрать меня. Если каждый раз, глядя на меня, ты видишь ту башню. Ту резню. Мальчика, который не смог остановить это раньше.

Он взял мою руку. Осторожно. Как что-то священное.

— Но знай — я вырвался из-под команды Альфы ради тебя. Невозможное для моего возраста. Рисковал всем. Потому что даже тогда, видя тебя впервые, я знал — ты важнее моей жизни.

Поднёс мою руку к губам. Поцеловал костяшки.

— Так что если выберешь меня... я проведу остаток жизни, доказывая, что достоин этого выбора.

Отпустил руку, но не отступил.

Контролируемая страсть. Сдержанная надежда. Всё правильно. Всё безопасно.

Рэйвен рассмеялся — звук был острым, как битое стекло.

— Красивая речь, братец. Прямо слёзы наворачиваются.

Он повернулся ко мне. И маска цинизма треснула, обнажая то, что под ней.

Сырую, кровоточащую боль.

— Я не буду говорить красивых слов. Не буду обещать, что сделаю тебя лучше или дам счастье.

Шагнул ближе.

— Я убил твоих родителей. Шестерых человек. При тебе. Этот факт не изменится, что бы я ни сказал.

Ещё шаг.

— Каждый раз, глядя на меня, ты будешь видеть нож в моей руке. Кровь на моих пальцах. Лица мёртвых.

Он был уже в полуметре.

— Кайр предлагает искупление. Правильную любовь. Всё, что ты заслуживаешь.

Взял моё лицо в ладони. Грубо. Почти больно.

— Я предлагаю только честность. Признание, что мы оба сломаны. Что любовь между нами — это шрам, а не исцеление.

Синие глаза горели одержимостью.

— Так что выбирай его, кексик. Выбирай правильное. Я не обижусь.

Голос упал до шёпота, полного горькой правды.

— Врать не буду — это разорвёт меня на части. Но я переживу. Как-нибудь.

Он отстранился. Отошёл к окну. Развернулся спиной.

Отпускает. Даже Рэйвен, одержимый и безрассудный, отпускает.

Тишина давила. Закатный свет становился всё темнее. Ночь подкрадывалась.

Я стояла между ними. Два брата. Два выбора.

Один спас меня. Рисковал собой. Любит правильно.

Другой убил моих родителей. Сломался от этого. Любит честно.

Разум кричит — выбери Кайра.

Сердце шепчет — выбери Рэйвена.

Но и разум, и сердце могут ошибаться.

Я закрыла глаза. Сделала глубокий вдох.

Открыла.

— Я выбираю Кайра.

Тишина упала как гильотина.

Рэйвен застыл у окна. Спина напряглась. Руки сжались в кулаки так, что побелели костяшки.

Кайр обернулся медленно, словно не веря услышанному.

— Что? — выдохнул он.

Я посмотрела на Рэйвена. На напряжённую спину. На дрожь, пробегающую по телу.

— Прости, — прошептала я. — Ты прав. Каждый раз, глядя на тебя, я буду видеть ту ночь. Нож. Кровь.

Голос дрогнул.

— И часть меня... тёмная, извращённая часть... хочет выбрать тебя. Хочет твою честность. Твоё признание тьмы.

Слеза скользнула по щеке.

— Но я не могу построить будущее на фундаменте из трупов моих родителей. Не могу любить руки, которые убивали их.

Я повернулась к Кайру.

— Ты спас меня. Рисковал всем. И да, ты молчал восемь лет. Лгал.

Шагнула к нему.

— Но ложь из желания защитить... это не то же самое, что убийство. Даже вынужденное.