Книга Академия волков. Темная кровь, страница 74 – Ульяна Соболева

Решимость. Или безумие. Иногда сложно отличить.

— Итак, АлАя, — сказала я своему отражению. — Кого выберешь? Спасителя или убийцу?

Когда формулируешь так — ответ очевиден.

Но почему же часть меня всё ещё тянется к неправильному выбору?

День тянулся как пытка.

На занятиях я не слышала ни слова. Профессор Дарсил трижды повторял вопрос, прежде чем я осознала, что он обращается ко мне.

— Мисс Морен, — его серые глаза изучали моё лицо. — Вы с нами?

— Физически — да, — ответила я. — Ментально — обсуждаю с дьяволом детали продажи души.

Класс засмеялся. Дарсил не улыбнулся.

— Останьтесь после урока.

Замечательно.

Когда остальные ушли, он подошёл к моему столу. Сел на край, глядя сверху вниз.

— Сегодня вы делаете выбор.

Не вопрос. Утверждение.

— Откуда вы знаете?

— Я вижу это в ваших глазах. Та же решимость, что у людей перед битвой. Или казнью.

Он наклонился ближе.

— Какой бы выбор вы ни сделали, мисс Морен, помните — вы не обязаны выбирать ни одного из них.

— Третий вариант?

— Всегда есть третий вариант. Выбрать себя.

Я посмотрела на него долго.

— А если я уже не знаю, кто я без них?

Что-то печальное мелькнуло в его глазах.

— Тогда любой выбор будет неправильным. Потому что вы выбираете не из силы, а из страха одиночества.

Он встал, направляясь к двери. Остановился на пороге.

— Кстати, северная башня. Место, где раньше казнили предателей. Символично, не находите?

Ушёл, оставив меня с этой весёлой мыслью.

Закат пришёл слишком быстро и слишком медленно одновременно.

Небо горело — кроваво-красное, переходящее в фиолетовое, почти чёрное у горизонта. Облака висели как рваные флаги после битвы. Воронье кружило над башнями, каркая предупреждения.

Или приветствия. С воронами никогда не знаешь.

Я поднималась по лестнице северной башни медленно. Каждая ступень была приговором. Каменные стены были покрыты старыми пятнами — ржавчина, говорили одни. Кровь, знали другие.

Место казней. Как мило.

Наверху была круглая комната с окнами во все стороны. Закатный свет лился внутрь, окрашивая всё в красное. Как внутри раны.

Они оба уже ждали.

Кайр стоял у восточного окна, спиной ко мне. Прямая осанка. Руки сложены за спиной. Всё контролируемо.

Но я видела напряжение в плечах. Дрожь в пальцах.

Рэйвен сидел на подоконнике западного окна, одна нога свисала в пустоту. Опасная поза. Показная небрежность.

Но синие глаза горели, когда я вошла. Голод. Надежда. Страх.

— Ты пришла, — сказал Кайр, не оборачиваясь.

— Вы призвали. Я явилась. Как вассал к господам.

Сарказм. Моё последнее оружие.

Рэйвен усмехнулся.

— Кексик, если бы ты была вассалом, это было бы намного проще.

Он спрыгнул с подоконника, приземлившись бесшумно.

— Но ты не подчиняешься никому. Именно поэтому мы оба здесь.

Кайр наконец повернулся.

И то, что я увидела в его лице, заставило сердце сжаться.

Усталость. Глубокая, въевшаяся в кости усталость. Тёмные круги под глазами. Впалые щёки. Он похудел за эти недели.

Медленное самоуничтожение. Контролируемое, как всё в его жизни, но всё равно разрушение.

— Значит, сегодня день, — сказал он тихо. — День, когда ты выбираешь.

— Или не выбираешь, — добавил Рэйвен, подходя с другой стороны. — Третий вариант всегда есть.

Они стояли по обе стороны от меня. Два полюса. Два выбора.