Книга Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева, страница 95 – Алина Есенина

— Что за диво ко мне явилось, – протянул Герман с напускной ленью. – Сама Виктория, снизошла к нам с небес. Неужели тоска по мне, все же расколола твое сердце?

Мой отец разразился хохотом, от которого воздух вокруг нас задрожал, наполнившись зловещей жутью. – Тебе показалось мало единожды познать объятия смерти? Не терпится повторить?

— Мне не терпится уничтожить тебя, отродье! – прокричала Виктория, вновь взмывая в воздух. Поднявшись достаточно высоко, она заговорила на не знакомом мне языке, выкрикивая слова из какой-то мантры. Подобно тени, Герман заметался из стороны в сторону, и мне показалось, что ещё немного, и тьма разорвет его на части, подобно лопнувшему воздушному шарику. Он пытался отбиваться от нее, направляя темно фиолетовые лучи в воздух, но женщина ловко уворачиваясь, продолжала произносить заклинание.

— Остановись…! – Герман взревел от бессилия, его голос исказился, превращаясь в утробное рычание. Земля под нашими ногами начала дрожать, а в воздухе запахло озоном и гарью. Виктория, казалось, не замечала этого. Ее глаза горели яростным пламенем, а голос становился все громче и мощнее.

Внезапно, вокруг нее вспыхнул ослепительный свет, сотканный из энергии. Герман зашипел, отшатнувшись, но было поздно. Луч пронзил его насквозь, заставив застыть на месте, словно парализованного. Тьма вокруг него начала рассеиваться, обнажая его истинную, искаженную злобой личину. Виктория, закончив заклинание, камнем рухнула вниз, оказавшись прямо перед Германом. В ее руке появился сверкающий талисман в виде луны, сотканный из того же света, что испепелил его тьму. Это был тот самый кулон, который все это время находился вместе со мной.

— Всё кончено для тебя, – проговорила женщина еле слышно, прикоснувшись подвеской к области его сердца. Хрип вырвался из горла Германа, и в то же мгновение его объяло пламя, превратив плоть в прах, пожираемый огнем. Вся нежить, с которой мы сражались, исчезла словно по негласному сигналу, последовав за Германом в мир, откуда им больше не суждено было вернуться.

Я рухнул на леденящий бетон, обессиленный. Неужели это финал? Мой отец, встреча с которым была главной мечтой с моего осознанного возраста, обернулся моим злейшим врагом, угрожающим жизням близких мне людей. Что ждет меня дальше? Он повержен, но что теперь со мной?

Я абсолютно не желал унаследовать его мощь. Моей единственной мечтой была тихая и мирная жизнь. Черт возьми, я бы с радостью вернулся к работе в моей кофейне на неполный день и жил бы в скромной квартирке до конца своей жизни. Главное – чтобы во всем этом, больше не было места магии.

Внезапно за спиной отчетливо щелкнуло, как будто кто-то играл с электричеством. Затем, в поле зрения возникли моя мама, Аркадий Павлович и Злата. Мое удивление было сложно скрыть. Превозмогая слабость, я с трудом поднялся на ноги и пошел к ним навстречу.

Воскресенье. 10 августа.

Солнечные лучи щедро освещали живописную поляну, усыпанную цветами. В воздухе кружились бабочки и другие насекомые, а благоухание цветов смешивалось с аппетитным запахом жареных сосисок, которые Ярослав готовил на гриле в тени раскидистого старого дуба. Со стороны могло сложиться впечатление, что перед вами обычные жители города, решившие устроить пикник на лесной опушке в теплый летний день.