Книга Слезы Березы. Дневник Богдана Лебедева, страница 94 – Алина Есенина

— Я не понимаю, о чем вы говорите! – снова крикнул я, но женщина, казалось, не слышала. Она медленно опустилась на землю, и ее взгляд не отрывался от меня. В ее глазах читалась какая-то неземная мудрость и одновременно отчаяние.

— Не лги мне, смертный, – прозвучал ее голос уже ближе, и в нем появились металлические нотки. – Сосуд у тебя. Отдай его мне.

Я почувствовал, как по спине пробежал холодок. Что-то подсказывало мне, что спорить с ней бесполезно. Медленно, боясь сделать резкое движение, я прощупал карманы на своих джинсах, почувствовав в одном из них, что-то необычное. Через секунду, моя рука вытащила небольшую цепочку, с кулончиком в виде луны. Ту самую, которую мне подарила мама перед отъездом в Москву, добросердечно стерев мне перед этим всю память. Мои брови поползли наверх.

— Да ладно…

Тихий вздох облегчения сорвался с губ женщины, когда взгляд ее упал на кулон. Она протянула руку, и я, не раздумывая, вложил в ее ладонь этот драгоценный сосуд. В тот самый миг, как ее пальцы коснулись металла, ослепительная вспышка разорвала тьму вокруг нас, наполнив комнату неземным сиянием.

— Мама…

Голос Дарины, словно хрупкий колокольчик, прозвенел в тишине. Женщина на мгновение оторвала взгляд от кулона, устремив его на дочь.

— "Мама"?

Изумление сковало меня. Я полагал, что Виктория, согласно древнему пророчеству, давно покинула мир живых, оплакивая утрату дочери. Но, я и представить себе не мог, что она вознесется до ангельских высот и станет нашим союзником в грядущей битве против моего отца. В глазах Виктории плескались слезы, смешанные с нескрываемой радостью. Она бережно сжала кулон в руке, словно боясь, что он вновь исчезнет. Свет, исходящий от артефакта, постепенно угасал, оставляя после себя лишь теплое, успокаивающее свечение.

— Дарина… моя девочка, – прошептала Виктория, протягивая руку к дочери. – Я так долго ждала этого момента.

Дарина, словно зачарованная, сделала шаг навстречу матери. В ее глазах отражалось недоверие и надежда. Она протянула руку в ответ, и их пальцы соприкоснулись.

В этот миг я почувствовал, как комната наполняется незримой энергией. Связь между матерью и дочерью была настолько сильной, что казалось, будто само пространство вокруг нас вибрирует.

Тем временем армия нежити, словно ядовитые грибы после дождя, расползалась перед нами, грозя поглотить все живое. Решение обрушить шквал атак с разных сторон, рассеять тьму совместными усилиями, возникло мгновенно. Мы разделились, занимая позиции, словно шахматные фигуры, готовящиеся к решающему ходу. Дарина и ее мать, словно воздушные феи, использовали свою силу воздуха. Они обрушили на некромантов незримые ураганы, валили чудовищ на землю, где те, ударяясь о бетон, рассыпались на части. Ярослав, обратившись вороном-вестником смерти, камнем падал с небес, выклевывая глаза мертвецам и сбивая их с ног взмахами угольно-черных крыльев. Я же, призвав лунных волков – десяток хищных теней, – бросил их в самое пекло, на некромантов, и те, презрев страх, ринулись в смертельную схватку, вгрызаясь в плоть заклинателей тьмы.

Внезапно, сфера, что сковывала магию Германа, рассыпалась мириадами осколков, словно хрупкое стекло, и тут же исчезла, растворившись в небытие. Мать и дочь, словно ведомые незримой нитью, одновременно обернулись к колдуну, обнажив свои бушующие гневом оскалы.