Книга Развод. Неистинная жена генерала-дракона, страница 63 – Ангелина Сантос

Грохот ударил по крипте так, что в ушах зазвенело. Человек отлетел от Миры, ударился о колонну и сполз вниз, держась за бок.

Я сама не сразу поняла, что это действительно сделала я.

Мира смотрела на меня расширенными глазами.

— Госпожа...

— Назад! К стене! — крикнула я.

И в тот же миг Дорен Эстель ударил ладонью по алтарному камню.

Печать вспыхнула ослепительно белым.

Боль пронзила мое запястье так резко, что я вскрикнула. Браслет словно пытались вырвать прямо с мясом. Я согнулась пополам, и мир качнулся.

— Нэйра! — услышала я голос Кайрана.

Подняла голову сквозь боль и увидела, как он рвется ко мне. Как Вианора уже стоит в круге с мертвым браслетом в руках. Как жрецы снова начинают читать. Как белесый свет тянется от моей руки к их печати, будто пытается нащупать дорогу.

Они правда собирались сделать это живьем. Через меня. Через мою боль. Через связку, о которой я сама узнала только сегодня.

Кайран успел почти дойти. Но один из жрецов швырнул ему под ноги горсть черного пепла.

Пламя не вспыхнуло. Хуже.

Воздух вокруг него будто схлопнулся. Я увидела, как Кайран резко остановился, как согнулся, будто его ударили под ребра, и как по шее, по скулам, по рукам сразу проступила чешуя. Не тенью, как раньше. Гуще. Темнее.

Дракону было больно.

И именно это они делали. Не просто тянули меня. Били в него через меня.

— Еще шаг, и он сорвется, — сказал Дорен почти равнодушно. — Ты ведь уже видела, что бывает на грани. Хочешь посмотреть полностью?

У меня на секунду потемнело в глазах от ярости.

Не страха. Именно ярости.

Я выпрямилась.

Боль никуда не ушла. Белая печать тянула браслет к себе, как крюк. Но в груди поднималось что-то другое. Горячее. Глубокое. Не защитная паника и не женская истерика, которую, наверное, так удобно было бы увидеть на моем лице.

Гнев.

Чистый, голый и очень ясный.

— Ты столько лет говорил о связке, — сказала я, глядя на Дорена. — О праве, о крови, о ритуале. А главное так и не понял.

Он не ответил.

Наверное, решил, что я тяну время. Идиот.

Я шагнула прямо в круг.

Кайран что-то рявкнул. Северин резко обернулся. Вианора ахнула и отступила на полшага. Жрецы сбились с чтения.

Белесый свет ударил мне в колени, в живот, в грудь.

А потом все изменилось.

Не печать приняла меня. Я почувствовала это сразу.

Она попыталась втянуть браслет в свой холодный рисунок, но под рукавом вспыхнуло золото. Настоящее. Живое. Жар рванул вверх по руке, по плечу, через горло и раскрылся вокруг меня, как дыхание. Белый круг на камне под ногами треснул тонкими линиями.

Я подняла голову.

Кайран стоял на другом краю круга, уже почти на грани. Золото в глазах, чешуя по коже, руки сжаты в кулаки так, что по костяшкам шла кровь.

И я поняла без всяких жрецов, бумаг и стариков из храмовой библиотеки: если я сейчас отступлю, они все равно найдут новый способ сломать нас обоих.

Поэтому я пошла к нему.

Прямо через круг. Через белесый свет. Через крик Вианоры: — Нет! Не так!

Каждый шаг отдавался болью в запястье. Но чем ближе я подходила, тем слабее становился чужой контур. Белая печать под ногами гасла, а вместо нее по камню проступали те самые золотые линии, что я уже видела на галерее.

— Нэйра, назад, — хрипло сказал Кайран.

— Нет.

— Я могу не удержать...

— Тогда удержу я.