Книга Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки, страница 64 – Натали Веспер

Мы осторожно двинулись на звук. Он вёл нас в боковой проход, который вскоре упёрся в… стену. Но не гладкую. Поверхность здесь была испещрена тончайшими трещинами, из которых сочился тот самый серебристый свет. И в центре стены зияла дыра размером с дверной проём. Края её были не оплавлены и не разбиты, а будто… расслоены, как плохо склеенная чёрная слюда.

Звук шёл изнутри.

Рейн заглянул внутрь, потом кивнул мне. Мы протиснулись в отверстие и оказались в помещении, которое резко контрастировало со всем, что видели до этого.

Это была комната. Вернее, её обломки. Сводчатый потолок частично обрушился, завалив пол обсидиановыми глыбами. Стены, где сохранилась штукатурка, были покрыты фресками, но краски потускнели, а сюжеты стёрлись до неузнаваемости. В центре стоял, точнее, кренился на бок, массивный каменный стол. А на нём, под грудой пыли и мелких осколков, лежалмеханизм.

Он был сделан не из металла, а из того же чёрного обсидиана, но тончайшей работы: шестерёнки, рычаги, вибрирующие кристаллические стержни. Одна из шестерёнок заклинила и с жалобным писком пыталась провернуться, упираясь в осколок, упавший сверху.

— Что это? — прошептала я.

— Остатки, — ответил Рейн, осторожно сметая пыль с поверхности стола. Под ней проступили выгравированные линии — карта. Но не земель. Схема. Гигантская, сложная схема соединённых сфер и переплетающихся линий. — Это место не всегда было пустым. И не всегда было ловушкой. Оно… работало. — Он ткнул пальцем в центральный узел схемы, от которого расходились лучи к меньшим сферам. — Смотри. Это — ядро. А это… карманные измерения. Анклавы. Зеркальный зал был одним из них. Исправительной камерой для… нестабильных элементов.

— То есть нас засосало в магическую тюрьму для буйных? — уточнила я. — Прекрасно. Я всегда знала, что у меня есть талант попадать в спецучреждения.

— Не только, — Рейн провёл пальцем по одной из линий, ведущей к окраине схемы. Линия была не просто выгравирована. Она былапрожжена, как будто по ней прошёл чудовищный разряд. — Здесь произошёл сбой. Катастрофа. Энергия из ядра хлынула в один из анклавов и… разорвала его. Создала брешь. Воронку.

— Портал? — догадалась я. — Тот самый, через который мы пришли?

— Да. Этот разлом — не естественный. Это шрам. Аварийный выход, который никто не планировал. И он ведёт… — он замолчал, вглядываясь в мелкие руны у конца прожжённой линии.

— Куда? — не выдержала я.

— В Нижние Пределы, — прошептал он. — Не мир. Не измерение. Это… пространство между пространствами. Эхо от созданных миров. Свалка магического мусора и обломков реальности. Сюда сбрасывают то, что нельзя уничтожить, но нужно забыть.

От его слов стало холоднее, чем от любого зеркального отражения.

— Значит, мы не просто в ловушке. Мы на свалке.

— Да. И этот механизм… — он посмотрел на пищащую шестерёнку, — это система жизнеобеспечения. Или то, что от неё осталось. Она поддерживала стабильность анклавов. А теперь… она умирает. Отсюда и зеркальные аномалии. Система пытается самовосстановиться, но вместо этого лишь плодит уродливые, агрессивные копии.

Я подошла к механизму. Пыль веков щекотала нос. Эта штука была старше, чем любая империя в его мире, и, наверное, в моём. И она разваливалась.

— А можем мы её… починить? — спросила я без особой надежды. — Чтобы открылся нормальный выход?