Книга Развод с Владыкой драконов: скандальная история попаданки, страница 22 – Натали Веспер

Дверь в Зал распахнулась.

Если раньше он казался мне большим и пустым, то сейчас он был заполнен. Сотни лиц, повёрнутых ко мне. Знать, воины, маги в странных одеяниях. Всё это море существ замерло в почтительной, но любопытной тишине. Атмосфера висела густая, как желе, приправленное специями высокомерия и скуки.

И в конце этого моря, на возвышении перед гигантским витражом с изображением дракона, стоял Он.

Каэллан

В парадных одеждах чёрного бархата, расшитого серебряной чешуёй. Плащ, подбитый чем-то, отдававшим мерцанием тлеющих углей. Волосы убраны безупречно, лицо — всё та же маска холодного, невозмутимого совершенства. Он смотрел на меня не как на невесту, а как на завершающий штрих в картине собственного величия. Ни тени ночной усталости или сомнений. Только власть.

Моё сердце, уже бившееся где-то в горле от тяжести наряда, упало в диадему и застыло там. Это был не тот человек. Тот, в библиотеке… его здесь не было.

Музыка зазвучала — низкие, гулкие ноты каких-то духовых инструментов, больше похожие на похоронный марш. Мне дали понять, что пора двигаться. Я сделала шаг. И тут платье решило, что у него свои планы на эту церемонию.

Передний край юбки, невероятно тяжёлый и неудобный, зацепился за неровность в каменном полу. Я споткнулась, рванулась вперёд, пытаясь удержать равновесие, и… чихнула. От пыли, от нервов, от всего.

Чих получился громким, душераздирающим и абсолютно человеческим. В торжественной тишине он прозвучал как пушечный выстрел.

Музыка захрипела и замолкла. По залу пронёсся сдавленный смешок, тут же заглушённый. Я замерла, покраснев под тонами грима так, что, наверное, стала гармонировать с платьем. Каэллан не моргнул, но уголок его рта дёрнулся — не в улыбку, а в едва уловимый спазм раздражения.

«Отличное начало, Лия, — прошептал мне внутренний голос. — Ты не сорвала церемонию криком. Ты начала её фарсом. Браво».

Служанки, побледнев, высвободили подол, и я, стараясь смотреть только вперёд, поплёлась дальше. Каждый мой шаг теперь сопровождался пристальным вниманием. Я чувствовала, как на мне горит не только платье, но и кожа под взглядами Верианы (сидевшей в первом ряду с лицом, высеченным из ледяной глыбы) и всего двора.

Я дошла до возвышения. Каэллан протянул руку. Его пальцы были холодными, как мрамор. Он не сжал мою руку, а просто положил её поверх своей, демонстрируя обладание. Я поднялась на ступеньку, и шлейф моих служанок грациозно уложили вокруг нас, словно я — ядро, а они — лепестки ядовитого цветка.

Старый учитель церемониала начал свою речь на древнем наречии. Звуки лились, похожие на рычание и шипение. Я не понимала ни слова, но по тону было ясно: что-то про вечность, пламя, род и честь.

Потом настала моя очередь. Учитель обратился ко мне, его глаза требовали повторения заученных строк.

Я открыла рот. И в этот миг нашёлся наконец мой внутренний юрист. Он проснулся, отряхнулся и сказал: «Стой. Это неподписанный договор. Протестуй»

Я посмотрела на Каэллана. Он смотрел вперёд, на собрание, но его периферийным зрением видел меня. Ждал.

Вместо древних слов, я произнесла тихо, но чётко, на своём языке:

— Я хочу задать вопрос.

В зале воцарилась такая тишина, что стало слышно, как где-то далеко скребёт мышь. Или точится нож. Учитель церемониала остолбенел. Каэллан медленно, очень медленно повернул ко мне голову. В его глазах не было ни усталости, ни сомнений. Только предостерегающая вспышка синего льда.