Книга Клеймо зверя. Покорись мне, истинная!, страница 55 – Алекс Найт

— Только перед работой? — она чуть отстранилась, лукаво заглянула в мои глаза. — По-моему, ты всегда возбуждён по другому поводу.

— Я бесконечно хочу тебя, и это не изменится. И я воспринимаю нашу ночь переходом на новый уровень отношений, — сообщил прямо, но ощутил себя невероятно неуверенно.

Она стоудорка, наше мышление во многом отличается.

— Да. Иначе бы я не решилась… там… на скамейке, — усмехнулась она, и её щёки тронуло румянцем. — Да и я пригласила тебя к себе. Это начало близких отношений.

— Я рад, — выдохнув с облегчением, вновь обнял свою Минарию. — Предлагаю вместе принять ванну, позавтракать. Да и день можно провести вместе. Расслабиться, обсудить твоё обучение. И я обещал позаботиться о противозачаточной настойке.

— Да, это обязательно. Нам пока рано думать о детях.

— Но ты ведь не против них?

— Нет, я хочу детей. Но дети — большая ответственность.

Её ответ позволил окончательно расслабиться.

— Тогда идём, — я нагнулся, подхватил Минарию на руки и понёс её к ванне. — Ты же согласилась провести со мной день.

— Да, я не против, — улыбнулась она.

Не сдержавшись, я прильнул к её губам в поцелуе. Минария моментально ответила. Душу до краёв наполнили счастье, уверенность и предвкушение нового. И эти ощущения не покидали весь день. Мы сегодня никуда не спешили: вдоволь поплескались в ванне, там же снова занялись любовью, следом позавтракали, потом долго целовались, прежде чем перейти к новым урокам магии, которые периодически прерывались на объятия, поцелуи и близость.

— У тебя столько шрамов, — отметила она вечером, когда мы разомлевшие после горячей ванной и ураганной близости перебрались в кровать.

Минария лежала, положив голову мне на плечо, и водила пальчиком по моей груди, специально обходя самый большой и глубокий шрам.

— Это нормально для оборотней или ты такой… драчун?

— Нормально. Мы учимся сражаться с детства и с гордостью носим свои шрамы. Но этот… в нём нет гордости, только боль, — признался я хрипло, перемещая руку Минарии на шрам, и ощутил, как задрожали её пальцы. — Простые жители мира не знают многого. Разлом был переходом в другой мир, где жила разумная раса, называющая себя асатру. Они были малочисленны и лишены чести, потому намеревались поработить наш мир интригами и ослаблением изнутри. Некоторые из них были способны вселяться в людей, порабощать их разум. Так они проникли в управленческий аппарат многих стран. В Клоуфасте же асатру вселился в нашего с Аделмаром отца.

— Какой ужас, — прошептала Минария. — Что же произошло?

— Асатру не учёл особенностей нашей расы. Мама почувствовала вселение, заболела, начала погибать без души своего истинного. Тогда перед смертью ублюдок решил ударить по Аделмару, как первому наследнику. Я не мог поднять руку на отца, просто подставился под удар, чтобы защитить брата, — признался, стиснув тонкие пальчики Минарии. — Вмешалась мама. Она убила себя, чтобы спасти нас. Так Клоуфаст лишился короля и королевы. А мы даже до конца не поняли, что это было за колдовство. Страны к тому времени прекратили отношения, поднялись ведьмовские барьеры. Мы с братом остались сиротами, одни в стремлении доказать свою силу и право на трон отца.

— Мне так жаль, Раун, — Минария крепче обняла меня. Я ощутил соль её слёз. — Но вы справились. Уверена, ваши родители счастливы за вас там, за гранью. Я понимаю твою маму, тоже сделала бы всё для своего ребёнка.