Книга Развод. Любить нельзя вернуться, страница 126 – Ирина Романовская

Звенящий телефон Назара спасает меня от повисшей неловкости. Грубый мужской голос, долетающий из трещащего динамика, расслабляет мои плечи. Перестаю натирать давно уже чистую чашку, выключаю воду.

Обернувшись, я врезаюсь в твердую грудь Назара. Он стоит вплотную, намеревается что-то сказать, но отвлекается на очередную гневную тираду в динамике. Нахмурив брови, тяжко вздыхает.

— Я не хочу уезжать, Каро, не обсудив случившееся. Но мне надо вернуться домой, Илья буянит у поста консьержки. Полиция приехала.

— Илью выпустили? Когда? Как?

— Сегодня.

Телефон Назара вновь заполняет пространство моей кухни громкой мелодией входящего звонка. На экране светится фотография Горского-младшего.

— Ты его не встретил? Он будет жить у тебя? — десяток вопросов вертится на языке.

— Я могу приехать через пару часов? — Наклонившись вперед, Назар заправляет выбившуюся прядь волос мне за ухо.

— Лучше утром. Я должна все обдумать.

Бывший муж кивает в знак согласия, гладит тыльной стороной пальцев мою щеку. Руками упираюсь в напряженный живот Назара, когда нежный, почти невесомый поцелуй касается левого уголка моих губ.

Замираю, не в силах сделать вдох. Жду, пока захлопнется входная дверь квартиры. Только потом облегченно выдыхаю, ослабляю плечи. Касаюсь пальцами нижней губы, где все еще ощущаю прикосновение мужских губ.

Будет непросто. Очень непросто.

Каролина.

Не успеваю дочитать первый абзац сказки про Спящую красавицу, как Соня уже сладко сопит у меня под боком. Закрываю книгу, но уходить не спешу. В детской комнате, со всех сторон украшенной единорогами, пушистыми облаками и сказочными бабочками намного проще оградиться от нависших над головой проблем. Здесь легче отмахнуться от мыслей про Назара, Марьяна и о том, что собственно творю.

С ними. И с собой.

Губы все еще горят от поцелуя с одним, щеки пылают от стыда перед вторым. Как разговор о нынешних отношениях перешел в прыжок в прошлое? Как рассудительность и здравый смысл уступили место животным инстинктам и порыву иррациональной страсти?

Глажу спящую дочь по волосам, целую ее макушку. Поправляю одеяло и убираю под стенку пластмассовую куклу, дабы та не перебила ненароком чуткий детский сон.

На цыпочках пробираюсь в свою комнату. Еще раз набираю Марьяна, но в ответ, как и прежде, звучат безликие длинные гудки. Надеюсь, с ним все хорошо.

Как только касаюсь подушки, то царство Морфея в два счета разгоняет рой тягостных мыслей в моей голове. Кошмары, цветные яркие сны, посторонние звуки не тревожат мой обессиленный организм до самого утра.

Открываю глаза одновременно со сработавшим будильником. Первым делом проверяю уведомления в мобильном телефоне. От Марьяна по-прежнему тишина, что откровенно пугает. Он в моем родном городе, но ощущение будто между нами выросли сотни тысяч километров и огромный каньон внизу которого бежит опасная река.

За окном виднеются серые густые тучи, слышно как гудит ветер. Схожая погода бушует и у меня в груди. Холодно, зябко и беспросветно. Чересчур велик соблазн свернуться калачиком под теплым одеялом и не выползать из этого домашнего панциря до самой весны. Ноябрьская апатия топчется на пороге, поглощая остатки яркой теплой осени.

Не позволяю себе расклеиться, лихо отбрасываю в сторону теплое одеяло и встаю на ноги. Пускай цвет неба перекрасить мне не под силу, но вот душевные тучи я вполне способна разогнать руками и превратить их в белые пушистые облака. Главное высоко поднять голову и смело шагнуть вперед навстречу неурядицам.