Книга Случайные. Женщина, как и беда, не приходит одна, страница 16 – Лина Мак

— Тебе пора заканчивать, — твёрдо произносит. — У тебя там посетительница.

— Не понял, — смотрю на Грека.

— Да я сам не особо понимаю, но тебе понравится.

Поднимаюсь и иду на выход, но тут же соображаю, что если сейчас оставить этого мелкого наглеца здесь, то он удерёт. По его позе вижу, что он уже на низком старте. А его бы лучше в больничку.

— Поднимайся. Посидишь в кабинете со мной, — твёрдо говорю Максу. — И без фокусов.

— Говорил уже, — огрызается пацан и нехотя идёт за мной.

Мы проходим через скрытую дверь в мой кабинет. Макс усаживается на диван. Да, диковатое зрелище, избитый пацан в кабинете босса. Но что‑то мне подсказывает, что глаз с него спускать нельзя.

Слышу шаги в коридоре — лёгкие, но уверенные. Грек замирает с другой стороны двери, опираясь плечом о стену. Дверь открывается, и на пороге появляется женщина. Высокая, стройная, с прямыми светлыми волосами и глазами, которые я слишком часто вспоминал в последнее время. Она смотрит прямо на меня, а я пытаюсь понять, что это за чёрт. Как такое возможно?

— Здравствуй, Демид, — её голос ровный, но в нём чувствуется сталь.

Но тут происходит то, чего никто из нас точно не ждал:

— Мама, — на выдохе произносит Макс и срывается с места.

Вся её дерзость, вызов, идеальная спина — всё исчезает в этот момент, и только её голос бьёт по ушам:

— Максим!

Глава 8

Глава 8

— Мальчик мой, — шепчет Сола, прижимая Макса к себе настолько крепко, что я готов поклясться, что слышу, как трещат его кости.

— Со мной всё в порядке, мам, — тихо отвечает Макс, но я вижу, как он сжимает объёмный свитер Солы руками, как вздрагивают его плечи.

Держится. Не рыдает, но голос дрожит. А вот Сола не может похвастаться сейчас своей выдержкой. По бледным щекам катятся слёзы, а во взгляде — смесь паники и облегчения.

И вот он, момент, когда я могу закрыть свои грёбаные гештальты. Наказать ту, которая когда‑то сбежала от меня, не спросив разрешения, но я сижу на месте и что есть силы сжимаю ручки кожаного кресла.

Бросаю взгляд на Грека, который, вероятно, впервые с нашего знакомства, молчит и никого не подкалывает. Он тоже просчитывает, чем нам может это всё грозить. И что‑то мне подсказывает, что проблем теперь будет намного больше. Да и не верю я в такие совпадения, как внезапное появление призраков прошлого.

Вот только если мозг уже прогнал несколько сценариев дальнейшего развития событий, то глаза оценили всё, что скрыто и что видно.

Сола. Мысленно пробую её имя на вкус и понимаю, какого чёрта Грек был шокирован, когда заглянул в комнату отдыха. И вроде же ничего в ней особенного нет, но она не такая, как все. Всё такая же стройная, только бёдра стали чуть шире, волосы длиннее. И эти её глаза!

Она чувствует мой взгляд и поднимает глаза. Вижу целую бурю эмоций в её взгляде, но не могу понять.

— Мам, они мне помогли, — Макс говорит твёрдо, заглядывая ей в глаза, а Сола аккуратно, трясущимися пальцами проводит по щеке сына. — Это меня пытались успокоить, чтобы не убегал, — совсем тихо отвечает Макс, а я слышу хруст.

Опускаю голову и понимаю, что оторвал ручку кресла.

Грек в дальнем углу кабинета громко хмыкает, заставляя Солу вздрогнуть и обернуться. В воздухе повисает слишком много вопросов. А вот ответа нет. Ни единого, сука!