Книга Развод в 35. Я больше не твоя, страница 58 – Валери Овчинникова

— Алина, — сказал Максим, захлопнув дверь машины.

Я стояла и чувствовала, как внутри всё опять собирается в тугой ком. Еще минуту назад я была почти взрослой работающей женщиной, которая пережила первый день, получила замечание за лишнюю воду в заметках и даже приложила пропуск правильной стороной. А теперь у входа в офис стоял мой муж, и я мгновенно снова стала той самой Алиной: виноватой заранее, напряженной заранее, готовой оправдываться за всё, включая то, что рядом со мной оказался мужчина.

— Максим, что ты здесь делаешь?

Он не ответил сразу. Медленно перевел взгляд на Кирилла Сергеевича.

Ну конечно.

В первую очередь не на меня. Не на мое лицо, не на то, как я устала, не на то, что он написал нашему сыну гадость про тайком забрать от мамы. А на мужчину рядом. Собственнический радар Максима, оказывается, работал прекрасно. Жаль, отцовский и супружеский иногда уходили в отпуск.

— Решил встретить жену после первого рабочего дня, — произнес он.

Жену.

Вот не было у меня в руках ничего тяжелого, и хорошо. Потому что фраза прямо просилась быть украшенной предметом интерьера. Например, вазой. Или кирпичом. Но у входа в дорогой офис ваз не было, кирпичи тоже не валялись. Приличное место. Никаких удобств для эмоционально нестабильных разводящихся женщин.

— Не надо меня встречать.

— Почему? — он сделал несколько шагов к нам. — У тебя теперь новый сопровождающий?

Я почувствовала, как лицо вспыхнуло.

Не от вины. От злости и унижения. И еще от того, что Кирилл Сергеевич стоял рядом и всё это слышал. Мой первый рабочий день закончился тем, что мой муж устроил сцену у офиса начальнику. Просто прекрасно. Если завтра меня не уволят, я начну верить в чудеса. Или в то, что у Власова действительно железные нервы. Хотя, скорее всего, второе.

— Это мой начальник, — сказала я.

Максим усмехнулся.

— Быстро.

Вот теперь захотелось его ударить.

Не метафорически. Не мысленно. А очень конкретно, ладонью по этой красивой, ухоженной, самодовольной физиономии, которая еще вчера целовала любовницу, а сегодня решила, что имеет право намекать на меня. На меня. На женщину, которая за десять лет брака даже в мыслях ни разу не позволила себе ничего лишнего, потому что семья, дети, муж, верность, порядочность и весь этот прекрасный набор, который почему-то обязателен только для одной стороны.

Я сделала вдох.

Потом второй.

Мама бы мной гордилась. Или не гордилась, если бы слышала, какие слова я сейчас не произнесла.

— Следите за формулировками, — сказал Кирилл Сергеевич.

Тихо.

Без повышения голоса.

Но почему-то воздух стал холоднее.

Максим посмотрел на него уже внимательнее. До этого в его взгляде было презрение. Мол, очередной офисный хлыщ, который оказался рядом с чужой женой. Теперь презрение стало осторожнее. Мужчины вообще странные. Они могут не слышать жену годами, но отлично улавливают тон другого мужчины, когда тот не просит, а предупреждает.

— Простите, не представились, — сказал Максим. — Максим Белов. Муж Алины.

— Кирилл Власов.

Они не пожали руки.

И слава богу. Потому что если бы они начали еще и руками мериться, я бы точно умерла прямо на ступенях от стыда. Причина смерти: муж, начальник и слишком первый рабочий день.

— Власов, — повторил Максим. — Значит, тот самый.