Книга Развод в 35. Я больше не твоя, страница 46 – Валери Овчинникова

Слова были жесткие.

Очень.

Но почему-то не унизительные.

Максим говорил «ты не справишься» так, будто уже вынес приговор. Власов говорил «если сможете» так, будто дверь открыта, но входить придется самой.

— Понимаю, — сказала я.

— Хорошо.

Я встала. Поправила юбку. Подняла сумку и почти дошла до двери, когда телефон в сумке завибрировал. Один раз. Второй. Третий. Я дернулась, потому что за последние сутки любой звонок воспринимался организмом как сирена воздушной тревоги.

— Можете ответить, — сказал Власов.

— Не нужно.

Телефон замолчал.

И тут же завибрировал снова.

Проклятье.

— Извините, — выдохнула я и достала его, чтобы сбросить.

На экране было имя Максима.

Разумеется.

Я сбросила.

Тут же пришло сообщение.

Я не хотела читать. Правда. Но взгляд упал сам.

«Если ты не заберешь заявление о разводе, я сегодня же подам встречное. Дети будут жить со мной».

Кровь отлила от лица так быстро, что я пошатнулась.

Совсем чуть-чуть.

Но Власов заметил.

— Проблемы? — спросил он.

Я подняла глаза.

Хотела сказать «нет». Хотела улыбнуться. Хотела сделать вид, что всё нормально, семейные обстоятельства за дверью, я же поняла, я справлюсь, я не принесла хаос в ваш дорогой кабинет.

Но телефон снова завибрировал.

Еще одно сообщение.

«И поверь, Алина, с твоей новой работой я тоже разберусь».

Я смотрела на сообщение Максима и чувствовала, как вся моя только что найденная работа медленно уползает от меня куда-то под дорогой стол Кирилла Сергеевича.

Вот прямо вижу: маленькая такая работа, с официальным оформлением, зарплатой и шансом не умереть от финансового удушья, испуганно машет мне лапкой и говорит: «Прости, Алина, я была слишком хороша для твоей жизни». А за ней уже идет Максим с юристом, Татьяной Борисовной, опекой, любовницей грамотной и табличкой «мы же предупреждали».

Прекрасно.

Человек только устроился на работу, еще даже стул не успел получить, а бывший муж уже собирается с этой работой разбираться. Хотя формально он пока не бывший. Формально он всё еще муж. Неформально — мужчина, которому я в голове уже мысленно вручила коробку с надписью «брак, б/у, состояние тяжелое».

— Алина Викторовна, — спокойно произнес Власов.

Я вздрогнула.

Он стоял у стола и смотрел на меня. Не суетился, не лез с сочувствием, не делал вид, что случайно не заметил, как у кандидата на должность помощника лицо стало цвета офисной бумаги. Просто смотрел. Внимательно. И почему-то от этого взгляда хотелось не разрыдаться, а выпрямиться. Очень странный мужчина. Опасный для нервной системы. Особенно женской, недавно разведенной в душе и всё еще замужней в документах.

— Простите, — выдавила я. — Это личное. Я понимаю, что семейные обстоятельства должны оставаться за дверью.

— Дверь пока открыта, — сказал он.

Я моргнула.

— Что?

Он кивнул на телефон.

— Вы еще не вышли из моего кабинета.

Ну вот. Прекрасно. Сейчас он скажет, что уже передумал. Потому что кому нужен сотрудник, которому муж угрожает через три минуты после приема на работу? Такой сотрудник даже кофе принести не успеет, а у него уже драма, суд, дети и угрозы компании. В резюме надо было честно указать: «Дополнительные навыки: создаю вокруг себя эмоциональное минное поле».

— Я справлюсь, — быстро сказала я. — Правда. Это не повлияет на работу.