Книга Развод в 40. Я больше не твоя, страница 78 – Валери Овчинникова

— Я могу дать письменные пояснения, — говорит он.

— Дашь.

— И вернуть часть денег.

Я поднимаю глаза.

— Часть?

— На счете «СоколФуд» денег уже нет полностью. Вероника сказала, что часть ушла на подрядчиков. Я выясняю.

— То есть деньги, которые ты вывел из нашего бизнеса на фирму любовницы, теперь пропали у ее подрядчиков?

— Да.

— Прекрасно. Даже не знаю, кто из вас талантливее.

Он сжимает челюсть.

— Марина, я признаю, что ошибся.

Вот оно.

Первые слова, похожие на признание. Только звучат они не как раскаяние, а как попытка открыть переговоры.

— Ты не ошибся, Олег. Ты сделал выбор. Ошибка — это когда в заказе перепутали булочку. А ты восемь месяцев готовил новую жизнь за моей спиной.

— Я не хотел потерять тебя.

Я смотрю на него.

И даже не злюсь сразу. Удивляюсь. Мужчина изменяет, выводит деньги, пытается обновить бизнес и при этом считает, что не хотел потерять жену. В его голове, видимо, я должна была остаться на полке: дома, в пекарне, в привычном доступе. А Вероника — в новой жизни, в блестящей упаковке. Мужчины иногда называют любовью свое нежелание терять удобство.

— Ты хотел не потерять меня, а оставить себе, — говорю. — Это разные вещи.

Олег смотрит на Андрея.

— А он, конечно, хочет иначе?

— Андрей сейчас не тема нашего разговора.

— Он всегда был темой, да? Еще в университете. Ты же знала, что он на тебя смотрит.

Я замираю.

Слова не новые. Мы уже говорили про двадцать пять лет. Но от Олега это звучит иначе. Не как признание Андрея. Как обвинение мне.

— Что?

Олег усмехается.

— Ты думаешь, я не видел? Лавров вокруг тебя ходил как привязанный. Конспекты, защита, помощь. Я тогда еще понял, что если не заберу тебя быстро, он будет таскаться рядом годами.

Андрей молчит.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

— Заберешь?

Олег понимает, что сказал лишнее.

— Я не это имел в виду.

— Нет. Именно это. Ты меня забрал?

— Марина…

— Как вещь с полки? Пока другой не взял?

Андрей вдруг говорит:

— Достаточно.

Тихо.

Но в этом «достаточно» столько силы, что даже я замолкаю.

Олег смотрит на него.

— Что, неприятно слышать? Ты же проиграл тогда.

— Нет, — отвечает Андрей. — Тогда выбор сделала Марина. Я его уважал. Ты — нет. В этом вся разница.

Тишина.

У меня в груди давит.

Не из-за Олега. Из-за этой фразы. Тогда выбор сделала Марина. Я его уважал. Как просто. Как больно. Как много лет можно было прожить рядом с мужчиной, который считал, что тебя забрал, и не знать, что другой мужчина когда-то уважил твое право выбрать не его.

— Документы оставь, — говорю Олегу.

Голос у меня сухой.

— Я пойду, — говорит он.

— Да.

Он берет пальто. У двери останавливается.

— Я правда хочу всё исправить.

— Исправляй деньги, документы и товарный знак. Меня не трогай.

Олег уходит.

А я остаюсь в кабинете с Андреем.

С пустым сейфом, вернувшимся блокнотом, полисом на столе и фразой «он забрал тебя быстро».

— Марина, — говорит Андрей.

— Не сейчас.

— Хорошо.

— Нет. Не хорошо. Я не хочу сейчас быть разумной.

Он молчит.

Я смотрю на него.

— Ты правда тогда… так долго?

— Да.

— И почему молчал?

— Ты выбрала.

— Мне было двадцать.

— Тем более.

— А если я выбрала глупо?

— Это было твое право.

Вот тут я встаю.

Не знаю, что именно меня поднимает. Злость на Олега, боль, усталость, благодарность, желание. Всё сразу. Подхожу к Андрею, останавливаюсь близко.