Книга Развод в 40. Я больше не твоя, страница 27 – Валери Овчинникова

В семь открываемся.

Первые клиенты идут, как обычно. Кто-то не знает ничего. Кто-то уже чувствует, что случилось. Пекарня маленькая, район тесный, у людей слух тоньше, чем у собаки на колбасу. Нина Павловна приходит в семь десять, на пять минут раньше обычного. В пальто, шапке и с лицом человека, который не за хлебом пришел, а на передовую.

— Доброе утро, Марина.

— Доброе.

— Два багета, эклер без сахара и правду.

Лена кашляет у кофемашины.

Я беру пакет.

— Правда сегодня по предзаказу.

— Я постоянный клиент.

— Поэтому вам пирожок с капустой.

— Взятка уже была вчера.

— Сегодня инфляция.

Нина Павловна смотрит на Андрея, который сидит у окна с ноутбуком.

— Это он?

— Нина Павловна.

— Что? Я женщина пожилая, мне можно уточнять.

— Это клиент.

Андрей поднимает взгляд от ноутбука.

— Очень постоянный.

Я медленно поворачиваюсь к нему.

Он спокойно пьет кофе.

Нина Павловна улыбается так, что мне сразу хочется спрятать ее эклер.

— Хороший клиент, — говорит она. — Видный.

— Багет заберете? — спрашиваю я.

— Заберу. И молчание тоже. Но временное.

К восьми утра пекарня работает как надо. Рома достает первую партию багетов, Лена пробивает кофе, Маша украшает десерты, я принимаю доставку муки и подписываю накладные. Андрей периодически говорит по телефону, но тихо, без демонстрации. Сидит у окна, и от его присутствия зал не превращается в офис. Он умеет занимать место, не ломая пространство. Странное качество. Олег всегда занимал так, что всем приходилось двигаться.

В восемь сорок звонит Петр Аркадьевич.

— Марина Викторовна, документы получил. Письма направлены. В банк нужно к открытию отделения. По платежу будем требовать возврат как спорной операции. По ООО «СоколФуд» сделаем отдельный запрос. Запись с Вероникой очень важна. Вы молодец, что вызвали полицию.

— Чувствую себя не молодцом, а женщиной, которая вчера не закрыла сейф от собственного мужа.

— Не переносите ответственность. Это он совершил действия, а не вы.

Легко сказать. Но я слушаю. Юрист за свои деньги имеет право говорить разумные вещи.

— Олег с вами связывался?

— Ночью приезжал домой. Я не открыла. Потом Вероника прислала фото моего блокнота.

— Фото у меня. Это усиливает позицию. Сегодня не встречайтесь с Олегом без меня. Если приедет — запись, короткие фразы, без обсуждения по существу.

— Он хотел, чтобы я приехала домой в десять.

— Не едете.

— Я и не собиралась.

— Хорошо. В десять вы будете в банке. Я направлю помощника.

После разговора я иду к Андрею.

— Мне в банк к десяти.

— Поедем в девять тридцать.

— Я не сказала, что ты едешь.

— Ты не сказала, что не еду.

— Лавров.

Он закрывает ноутбук и смотрит на меня спокойно.

— Марина, если хочешь ехать одна — поедешь одна. Если хочешь, я отвезу и подожду снаружи. Если хочешь, поймаю такси и поеду следом как назойливый бывший однокурсник с доступом к управляющей компании. Выбирай вариант.

— Третий отвратительный.

— Согласен.

— Второй терпимый.

— Принято.

Принято. Надо же. Не «я так решил», не «не спорь», не «я лучше знаю». Выбор. Мужчина дает выбор, и я не знаю, куда девать привычную защитную стойку. Стою с ней, как с лишним подносом.

— Андрей.

— Да?

— Я не хочу быть обязана.

— Ты не обязана.

— Ты слишком много делаешь.

— Да.

Прямой ответ сбивает. Обычно люди начинают отнекиваться: да что ты, ерунда, ничего особенного. А он говорит да. И теперь мне приходится смотреть на это «да» без удобной ширмы.