Книга Развод в 40. Я больше не твоя, страница 16 – Валери Овчинникова

Хороший вечер.

Насыщенный.

Сначала семейный скандал в пекарне, потом консультация у юриста, потом звонок бухгалтера с новостью, что три миллиона двести тысяч рублей ушли на ООО «СоколФуд», где учредитель — Вероника Игоревна Мельникова. Если бы мне утром кто-нибудь сказал, что к девяти вечера я буду стоять на улице и мысленно изучать уголовный кодекс, я бы еще уточнила, по какой статье. Теперь уточнять не хочется. Хочется взять Олега за его дорогой воротник и спокойно спросить, в какой момент он решил, что я окончательно стала предметом интерьера.

— Наталья Петровна, — говорю я в трубку, стараясь не повышать голос. — Повторите еще раз. Медленно.

— Марина Викторовна, с расчетного счета ООО «Сокол и Хлеб» сегодня в 13:42 ушел платеж на три миллиона двести тысяч рублей. Назначение платежа: аванс по аренде помещения в ТЦ «Галерея Север». Получатель — ООО «СоколФуд». Учредитель — Мельникова Вероника Игоревна. Директор тоже она.

Я закрываю глаза.

Директор тоже она.

Вот молодец девочка. И волосы гладкие, и папка красивая, и фирму уже открыла. Пока я в пять утра считала миндальную муку, кто-то в нашей семье строил новую жизнь через расчетный счет. Очень современно. Любовницы больше не просто получают духи и сообщения с сердечками. Теперь им переводят авансы по аренде.

— На основании какого договора?

— Договор приложен в банк. Я открыла копию. Он подписан Олегом Сергеевичем по ЭЦП. Договор оказания услуг по сопровождению открытия новой точки и резервированию помещения.

— Сопровождение открытия? — переспрашиваю я.

— Да.

— То есть наша компания заплатила компании его любовницы за то, что она будет сопровождать открытие точки, которую я не согласовывала?

— По документам выходит так.

Мне хочется засмеяться. Очень сухо, без радости. Потому что если не смеяться, придется кричать, а на улице у бизнес-центра приличные люди, охрана и камеры. Пусть хотя бы они не видят, как женщина сорока пяти лет узнает, что ее муж оказался не только изменщиком, но и финансовым творцом с фантазией.

— Наталья Петровна, слушайте внимательно. Пришлите мне платежку, договор, выписку по счету за последний месяц и список всех операций, которые Олег подписывал за последние две недели. Письменно. На мою почту и юристу, я сейчас дам адрес. И еще — доступы в банк.

— У вас административный доступ есть, но ЭЦП у Олега Сергеевича тоже активна.

— Ее можно ограничить сегодня?

— Сегодня банк уже не проведет изменения. Но можно направить письмо через клиент-банк и утром подтвердить в отделении. Я подготовлю.

— Готовьте. И еще, Наталья Петровна… — Я делаю вдох. — Если за сегодня были документы по выводу товарного знака, переуступке рецептур, поставщикам, аренде или оборудованию — все поднимайте.

— Я поняла.

Судя по голосу, поняла она даже больше, чем я сказала. Хороший бухгалтер в семье иногда ценнее родственника. Родственник может сказать «потерпи, все мужики такие», а бухгалтер молча найдет платежку, от которой у суда дернется глаз.

Я сбрасываю вызов и несколько секунд стою неподвижно. На улице холодно, люди выходят из бизнес-центра, кто-то говорит по телефону, кто-то смеется, у кого-то нормальный вечер. Завидую. Нормальный вечер сейчас кажется мне роскошью: прийти домой, снять обувь, разогреть ужин, поругаться с дочерью из-за немытой кружки, посмотреть сериал, лечь спать, не проверяя, на какую фирму муж вывел деньги.