Книга Гувернантка. Личная тайна его превосходительства, страница 33 – Полина Никитина

Но для чего?

Всё же передумал и решил уволить?

Даша тоже замерла, вцепившись в мою руку. Видимо, отец в дневное время дома – явление редкое, а уж отец в детской – из ряда вон выходящее событие.

Строганов откашлялся, и мне на секунду показалось, что он... смущён? Чуть заметно, но это читалось в том, как он переступил с ноги на ногу и как достал из кармана что-то яркое и красочное.

— Я решил, – начал он и снова откашлялся, – что вам это пригодится для учёбы.

Даша с восторгом принялась рассматривать картинки. Голубые глаза загорелись таким неподдельным счастьем, что моё сердце ощутимо дрогнуло и забилось чаще.

— Папенька! – изумлённо выдохнула она и, вспомнив о приличиях, торопливо присела в коротком книксене, прежде чем принять подарок. – Благодарствуйте!

— Держи, только аккуратно, – немного скованно произнёс Строганов, старательно не глядя в мою сторону.

Даша, затаив дыхание, взяла лубки и принялась перебирать один за другим, рассматривая рисунки, отпечатанные в типографии.

От моего взгляда не ускользнула картинка с животными, выполненная в своеобразном старинном стиле, а на других красовались ребятишки за масленичными играми с забавными подписями в виде двустиший или пословиц.

Я улыбнулась, глядя на мою подопечную и в благодарность тоже склонила голову:

— Благодарствую, ваше превосходительство. Подарок чудесный и обязательно нам пригодится.

Дмитрий Александрович едва заметно усмехнулся, а в необычайно ярких глазах при свете дня мелькнули странные искорки. А может, мне просто на радостях привиделось.

Раз не вспоминает о вчерашнем, значит больше на меня не злится?

— А это, – он протянул мне раскрытую ладонь, на которой лежал ещё один лубок, заметно отличающийся от остальных. – Это, Ольга Георгиевна, вам лично.

Я удивлённо вскинула брови, не понимая, он шутит или настроен серьёзно? Картинка отличалась от тех, что он подарил дочке. На плотной бумаге с лёгким бронзовым напылением красовалось изображение подковы.

— Подкова... — я недоумённо подняла глаза на Строганова.

— Подкова означает удачу, – пояснил он, снова напустив на себя серьёзный вид. – Везение, Ольга Георгиевна.

И тут до меня дошло.

Вчерашний разговор на лестнице. Моя первая серьёзная ошибка и первый суровый выговор от Строганова. Я-то думала, что он передумал и решил предоставить мне расчёт. А он…

Пальцы чуть дрогнули, принимая картинку. Я смотрела неотрывно на подкову и не знала, краснеть мне или засмеяться во весь голос?

“Поверить не могу, – мысленно поразилась я. – У этого ледяного сухаря есть чувство юмора. Может, он и вовсе не безнадёжен?”

— Благодарю, ваше превосходительство, – произнесла я, и голос мой прозвучал теплее, чем я рассчитывала. Пальцем провела по поверхности картинки и с удивлением для себя отметила. – Качество превосходное! В книгах и бумага хуже, и краска бледнее.

Дмитрий согласно кивнул:

— Вы наблюдательны, Ольга Георгиевна. Это подарок Варвары Лерхен – дочери владельца типографии. У барышни несомненный талант и горячая любовь к семейному делу.

— Вы правы, ваше превосходительство, – улыбнулась я, ощутив странное удовольствие от нашей случайной беседы. – Когда горишь любимым делом, то вкладываешь в него всю душу, и результат превосходит самые смелые ожидания.