Книга Итак, история… (О писательском ремесле), страница 53 – Мария Воронова

В качестве контрольного выстрела вводите эпизод, где героиня с мужем ложатся спать, и он с радостью и пафосом произносит: «какая ты у меня прекрасная жена и замечательная железная бизнес-леди!». Спасибо, отвечает героиня, и засыпает, а вместе с ней и читатели.

Читатель не обязан верить вам и тем более вашим персонажам, особенно второстепенным. И он ни за что не станет этого делать, ему необходимо убедиться самому.

Придется или потратить время и все же узнать несколько фактов о бизнесе, чтобы героиня провернула на глазах у читателя хотя бы одну гениальную аферу, или сменить ей профессию на ту, в тонкостях которой вы ориентируетесь. Причем никто не мешает ей сохранить жесткий характер, азарт и высокий интеллект.

Я останавливаюсь на этом подробно, потому что в книгах и сериалах последних лет часто замечаю такую тенденцию: когда персонаж не клеится, друзья спешат ему на помощь. Вдруг возникают надуманные ситуации и искусственные диалоги, затеянные ради того, чтобы сказать: «да, ты у нас баба с яйцами», или: «ты тихоня», или: «ты не умеешь выстраивать отношения с мужчинами». Не знаю, в каких кругах вращаются авторы подобных текстов, но лично я не помню за почти пятьдесят прожитых лет, чтобы мне кто-то с бухты-барахты начал навешивать ярлыки. Да и сама я всегда остерегалась это делать.

В общении, особенно в общении с детьми, оценивать можно только поступки, но никак не личность. Тот же принцип действует и для отношений автора с персонажем.

Если ваш герой любит наклеивать ярлыки, то это характеризует больше его самого, чем других персонажей. Все, как в жизни!

Естественно, мы имеем полное право описать героя через восприятие другого персонажа, и это очень хорошая методика. Вообще, чем меньше автора в тексте, тем лучше.

Но взгляд героя должен отражать мнение героя, а не мнение автора, тогда это действительно получится объемный текст, раскрывающий обоих персонажей.

Например, об одной и той же девушке три разных героя могут подумать: «клевая чика! Я бы вдул!», «овца тупая» и «какая приятная вежливая девушка».

Таким образом, мы получаем некоторое представление и о девушке (очевидно, она довольно привлекательна, особенно если второй отзыв исходит из женских уст), и о возрасте, поле и духовных запросах людей, оценивающих ее.

Когда мы читаем: «Иванов слышал от многих, что Петров – стукач, но не мог только из-за сплетен и домыслов оттолкнуть человека, столь явно расположенного к нему», нам становится ясна такая черта характера Иванова, как объективность, а про Петрова пока непонятно ничего, кроме общественного мнения.

Или такой диалог:

Иванов: я женился на Петровой.

Сидоров: ты что, мудак? на кой тебе разведенка с прицепом?

Смирнов: молодец, поздравляю!

Кузнецов: смотри, это большая ответственность – растить чужого ребенка.

Мы улавливаем, что если здесь кто и мудак, то явно не Иванов. Его характер для нас пока закрыт, а вот насчет Сидорова, Смирнова и Кузнецова кое-что начинает проясняться.

Все не то, чем кажется

Так что ж, отказаться от ярлыков? Ни в коем случае! Клейте щедро, только помните принцип «все не то, чем кажется». Вспомните, как хорошие хозяйки хранят припасы: в банке «Соль» никогда не соль, в коробке «Гречка» все что угодно, кроме этой благородной крупы, а в контейнере «Сахар» какой-то белый мелкий порошок, про который вы сами не можете вспомнить, мука это или крахмал. И кто бы вам подсказал, ради бога, куда вы засунули какао!